Анжелика оказывается перед необходимостью выжить и вернуть себе положение в обществе после трагических событий. Путь к Версалю омрачается борьбой за жизнь среди нищих и бандитов Двора Чудес. Ей предстоит совершить невероятные усилия, чтобы справиться с обстоятельствами и своими сыновьями.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Анжелика. Путь в Версаль»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Анжелика оказывается перед необходимостью выжить и вернуть себе положение в обществе после трагических событий. Путь к Версалю омрачается борьбой за жизнь среди нищих и бандитов Двора Чудес. Ей предстоит совершить невероятные усилия, чтобы справиться с обстоятельствами и своими сыновьями.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Анна Голон Легкое чтение Любовные романы подборки серии
Анжелика оказывается перед необходимостью выжить и вернуть себе положение в обществе после трагических событий. Путь к Версалю омрачается борьбой за жизнь среди нищих и бандитов Двора Чудес. Ей предстоит совершить невероятные усилия, чтобы справиться с обстоятельствами и своими сыновьями.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Какого удовлетворения можно требовать от этих скользких, вялых, лживых созданий? Да к ним прикоснуться – все равно что к ядовитой твари… Они так опутают словесами, что не заметишь, как останешься в дураках… да еще к тому же и сам будешь виноват!
О! Не всегда женщины побеждали! Филипп знал, как им отомстить. Он вволю насладился рыданиями, воплями о пощаде и мольбами тех девчонок, что он насиловал во время походов, отдавая их потом на потеху солдатам.
Он мстил им за те унижения, которым его подвергали в юности.
Но как справиться с этой? За выпуклым гладким лбом, за взглядом зеленых глаз таилось все изощренное коварство, вся сила женской породы… Ну, это ему так казалось. Он не догадывался, что Анжелика дрожит и вот-вот расплачется.
Если она не сдалась, так только по привычке не сдаваться и давать отпор.
Он снова грубо, как тюремщик, схватил ее за руку и повел в замок.
Поднимаясь по лестнице, она заметила, что он снял со стены охотничий арапник.
– Филипп, – сказала она, – давайте на этом остановимся. Я понимаю, вы сейчас пьяны. К чему нам препираться? Завтра…
– Ну уж нет! – саркастически протянул он. – Разве я не дал обязательство исполнить свой супружеский долг? А до этого я намерен вас немного наказать, чтобы отбить у вас охоту к шантажу. Не забывайте, мадам, что я ваш повелитель и могу делать с вами что захочу.
Она попыталась увернуться, но он хлестнул ее арапником, как норовистую, непослушную собаку. Она вскрикнула скорее от унижения, чем от боли:
– Филипп, вы с ума сошли!
– Вы попросите у меня прощения! – проговорил он, стиснув зубы. – Вы еще попросите у меня прощения за все, что сделали!
Он втолкнул ее в спальню, захлопнул дверь и принялся стегать арапником. В этом он знал толк. Должность главного ловчего Франции он получил заслуженно.
Анжелика закрыла руками лицо, чтобы хоть как-то защититься. Инстинктивно отворачиваясь, она пятилась назад, пока не уперлась спиной в стену. Вздрагивая при каждом ударе, она кусала губы, чтобы не застонать. Но внезапно ее охватило странное чувство. Неистовый бунт сменился ощущением справедливости наказания. И она крикнула что было силы:
– Хватит, Филипп! Хватит! Я прошу у вас прощения!
Он застыл, удивленный легкой победой.
– Я виновата… Я была к вам несправедлива…
Филипп пребывал в растерянности. Нет, она все еще над ним издевается… Пытается уйти от наказания, разыгрывая покорность! Как легавая сука! Все они таковы! Упрямятся, пока в силе, а под плеткой ползут на брюхе! Но в голосе Анжелики звучала искренность, и это его смущало. Может, она действительно не такая, как все, и надолго оставшееся в памяти воспоминание о баронессе Унылое Платье – не просто видимость?
В полумраке спальни лунный свет соперничал с пламенем факела.
