Автор
В этих просторах, где каждое дежурство в постели фельдшера — большая радость, Эля не может упустить ни одного случая помочь. Ежедневное заступничество на больничном смотрится как праздник домой, но каждый день приносит новые испытания: от обхода лежачих до забот над малышами в возрасте от года. В эти дни Эля становится не просто коллегой и другом для всех жителей деревни — она стала их опорой и источником тепла....
Поделка дорога моему сердцу. А еще очень нравится маленьким пациентам, которые могут рассматривать домик часами, заглядывая в нарисованные окна и двери. Я и сам в минуты отдыха медитирую, глядя на него. Вот как сейчас.
Настойчивый стук в дверь кабинета отвлек от увлекательного занятия.
— Тимур? — опешил я, увидев на пороге давнего товарища. Не одного, а с полугодовалым ребенком на руках. — Это что, твой? Ты, наконец, прислушался к советам товарищей и обзавелся семьей? А где мать малыша?
— Я по-прежнему одинокий волк, — возразил Тимур, закрывая дверь изнутри и трепетно прижимая к себе рыжеволосого младенца.
— Чем помочь? — предложил я, переходя к делу. Девочка выглядела вполне здоровой, если не считать маленького пятнышка от ожога на щеке. — У нее обнаружили онкологию?"
"— Надеюсь, что нет. — Тим покачал головой. Я впервые увидел неподдельный испуг на лице друга. Смелый и отважный полковник не боялся никогда и ничего, до тех пор, пока на его руках не оказалась рыжеволосая девчушка.
— Тогда бы лучше в ожоговый центр, — посоветовал я. — Или как минимум в детскую поликлинику. Ты же знаешь, у нашей клиники узкая специализация.
— Нельзя ее в другую клинику, — хмуро заметил Тимур. — На малышку охотятся, так что здесь она тайно. Только тебе я могу доверить осмотреть ее.
Это в корне меняло дело.
— Сделаю все, что смогу, — пообещал я, раскладывая на столе пеленку.
— Только это…
Тимур расстегнул кофточку на спине девочки, и я ахнул. Нет, кроме небольшого пятнышка на щеке у малышки не было никаких следов пожара. Видимых дефектов тоже не наблюдалось. Зато на узкой спинке были начертаны какие-то схемы. Тату было временным нанесенным безопасной для детской кожи хной.
— Сможешь разобрать, что это значит? — спросил Тимур.
— Попробую расшифровать.
Схема была многоступенчатой и крайне сложной. Кто бы ее ни нанес, он определенно был гением.
— Родители погибли в пожаре? — предположил я, осматривая девчушку. — На том секретном объекте?
— Да, — подтвердил Тимур, с нежностью и трепетом глядя на малышку. А та улыбалась ему беззубым ртом, как самому близкому человеку на свете. — Отец сумел спасти все самое ценное — дочку и формулу.
— Кто-то еще выжил в пожаре? — спросил я.
Тимур кивнул.
— Молоденькая медсестра. Во время пожара она забралась в опытовый бассейн. Там я ее и выловил.
