Я ненавижу апельсиновый сок. Вид кружки с высокими стенками из глины вызывает тоску каждый утро, когда я наполняю его свежевыжатым соком. Но однажды решил, что важно именно это сочетание — черный кофе и маленькую чашку, и уже много лет это неизменное начало моего дня.
– А вдруг тебя выгонят? И вообще, тебе нужно отдохнуть.
– Да я только что пришла, – соврала Вероника.
– Раньше вот никаких реанимаций не было, а люди прекрасно поправлялись. Нет, не понимаю!
– А тебе и не надо понимать, – строго сказала Вероника. – Делай, что я говорю, и все будет хорошо.
Он вытянул губы в трубочку, показывая, что хочет поцеловать Веронику.
– Ох, какая ты у меня будешь строгая жена! – сказал он восхищенно. – Такая будешь тетя килограмм сто двадцать, грозная такая, как Наполеон. Все будут изумляться – как это ей удается держать его под каблуком.
А потом началось то, о чем Вероника запрещала себе вспоминать, понимая, что эти воспоминания убьют ее.
Можно было помнить только о тужурке Смысловского, в которую она утыкалась носом, когда генерал уводил ее от Костиного тела…
Костя умер? Поверить в это было невозможно. «Как это умер? – Быстро шагая, Вероника преодолела Литейный мост. – Значит, я больше не увижу его никогда.
Можно было пойти в общежитие, но Вероника смутно понимала, что теперь, когда Кости нет, ей нечего там делать.
