У Карины напряглись соски, ноздри молодой самки почуяли запах чистого мужского тела. Почуяли его возбуждение.
…Их нашли на следующий день. Ситуация ни оставляла никаких сомнений в том, что предшествовало смерти.
Антибиотик был в бешенстве. Он пинал мертвые тела и сыпал богохульными словами. Бабуин с непроницаемым лицом стоял рядом. Вскоре Палыч устал, опустился в кресло. На правом подлокотнике лежала Библия, Палычу стало страшно.
Никита Кудасов тщетно пытался дозвониться до Обнорского. Странное запойно-бредовое состояние журналиста в их последнюю встречу сильно встревожило его. Еще более встревожило его исчезновение Андрея. Это могло ничего не означать… Запил или закатился к какой-либо очередной подружке. В отношениях с женщинами Андрюха образцом строгой морали служить никак не мог. Все так… Но Никита не исключал и другого варианта: вконец остервеневший Палыч сводит счеты. Исключить вероятность острой акции против журналиста тоже нельзя.
Подполковник принял неофициальные меры к розыску Андрея. Через — опять же — неофициальные каналы Антибиотику намекнули, что попытка свести счеты с Серегиным будет серьезной ошибкой. Большего Никита сделать не мог. Последние дни он был сильно замотан работой, спал по четыре-пять часов. Расследование буксовало. Невзирая на огромный объем добываемой и обрабатываемой РУОПом и УУР информации, ничего достоверного по делам о расправе в «Девяткино», Кричи-не-кричи и ресторанчике Gun Bus не всплывало.
Слава Богу, хоть Палыч угомонился: после событий шестого сентября никаких новых вспышек насилия в городе не происходило. Даже наоборот — ежедневные сводки выглядели на удивление благополучно. За неделю, прошедшую с момента выхода Антибиотика из Крестов, резко снизилась уличная преступность, сократилось количество квартирных краж, грабежей, разбоев, угонов. Только бытовуха осталась на прежнем уровне. Оно и понятно — милицейские рейды и облавы заставили притихнуть профессиональных преступников, но остановить пьянку в квартирах и коммуналках Питера они не могли.
Шум вокруг двадцати трех убитых шестого сентября потихоньку умолкал. На брифингах руководители ГУВД и горпрокуратуры заявляли настырным журналюгам, что расследование идет полным ходом и у следствия есть очень хорошие перспективы. Заодно разъяснялось, что все три кровавых эпизода никак между собой не связаны. На вопрос о роли в этих делах предпринимателя Говорова отвечали, что у следствия нет никаких оснований связывать имя Виктора Палыча с этими событиями.
Оперы пятнадцатого отдела зло матерились, а Вадим Резаков в сердцах однажды напомнил Кудасову, как тот помешал наемному киллеру поставить точку в карьере Палыча. Никита Никитич посмотрел на Вадима сухими воспаленными глазами.