В центре Москвы стоит гигантский особняк с мрачными очертаниями. Ледяной дождь неумолимо хлещет по парадному входу, но взгляд хозяина уже идет на врага. Отец, лицо которого перекошено злостью, тщательно осматривает пустые саквояжи рядом с ногами, как бы проверяя, кто же из них украл его последнее состояние. Это место — Архитектор душ, где каждый шаг может быть смертельным....
Похоже, «Архитектор душ» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Неизвестный мне язык сильно напоминал латынь из моего мира. Только благодаря собственной врачебной практике, годам зубрежки анатомических терминов и названий лекарств я худо-бедно мог разобрать написанное. Не исключаю, что мне помогали и знания бывшего владельца, который изучал этот язык в институте.
Отдельные страницы были испещрены торопливым нервным почерком Громова — его комментарии, догадки, расчеты.
На одном из разворотов был рисунок, некоторое подобие «Витрувианского человека» Леонардо. Фигура человека, вписанная в круг и квадрат, но внутри грудной клетки было схематически изображено сияющее ядро психеи, от которого по всему телу расходились тонкие линии энергии, соединяясь с органами и конечностями.
На странице, где был детально изображен тот самый ритуальный круг, который я застал, рукой Громова было выведено: «Hoc tempore certo eveniet» — «В этот раз точно получится». Значит, были и предыдущие, неудачные попытки.
Короткий смешок вырвался сам собой. Значит, ему все же удалось.
Я листал дальше, пропуская сложные формулы и астрологические выкладки. На одной из страниц выцепил интересный фрагмент о том, что психея остается в теле человека после смерти до суток, не более. Это еще раз подтверждало мои домыслы насчет эльфийки.
И ближе к середине я нашел то что искал. Целая глава, посвященная «Visus Animae» — «Видению Души».
Из-за трудностей с языком и витиеватости слога мое понимание оставалось половинчатым, но даже так я смог вычленить несколько ключевых тезисов.
Primo. Я действительно могу научиться видеть психею осознанно, а не случайно, как это вышло в прозекторской с Лидией и Алисой. Для этого требовалась концентрация, воля и некое внутреннее усилие, которое в тексте туманно описывалось как «обращение взгляда внутрь».
Secundo. Я могу ею управлять. Не только видеть, но и влиять на нее. Взаимодействовать. И теперь это была не просто моя догадка, а факт, изложенный на пожелтевших страницах древнего фолианта. Оставалось опасение, что я мог неверно трактовать написанное в меру недостаточного знания языка.
В тексте говорилось о каких-то «модуляции» или «гармонизации» нитей души, что предположительно могло означать исцеление.
