– Ужас! Тебя тут совсем не кормят? С каждым месяцем ты всё стройнее, – Михаил, не стесняясь, властно обнял Леру за талию, прижал к себе и поцеловал практически в губы, от чего она буквально замерла в огромном шоке. – Заехал поздравить тебя.
– Спасибо… Мне очень приятно.
Его охранник протянул огромную шляпную коробку, наполненную красными розами, и чёрный пакет с элегантным тиснением Chopard.
– Михаил, не стоило…
– Ой, это такие мелочи, правда.
Дима снова напомнил о себе:
– А пойдёмте вместе пообедаем? Михаил, присоединяйтесь!
Кузнецов наморщился, глядя на него. Потом перевёл взгляд на Леру:
– Я вообще хотел пообедать с Валерией. Но ладно. Есть темы для совместного обсуждения.
Дима ослепительно улыбнулся и пропустил мимо ушей тонкий намёк на то, что он третий лишний.
* * *
Вернувшись в офис после этого очень странного обеда, Лера едва не столкнулась с выходившим из кухни Радосом.
– Наконец-то. Мне уже пора убегать.
– И тебе привет…
– Есть несколько минут для меня?
– Для тебя – всегда.
Войдя в кабинет, Радос внезапно притянул к себе Леру. Она так растерялась, что даже не оказала сопротивления.
– Ты такая… Тонкая… – его руки легли на её талию и бедро.
– Рад, – Лера в упор смотрела на него. Радос выглядел очень уставшим: под глазами темнели круги, на лице – недельная щетина.
– Ничего не говори, – он склонил голову и медленно коснулся её щеки. А потом нежно поцеловал, покусывая её губы, прорываясь горячим языком внутрь. Лера попыталась отстраниться, но Радос только крепче сжал объятия, и она сдалась, положив ладони на лацканы его клетчатого шерстяного пиджака.
По её ощущениям, они целовались вечность. Наконец Радос дал ей вдохнуть и прислонился своим лбом к Лериному.
– Это моя вина.
– О чём ты?
– Я должен был сразу предупредить тебя по поводу Стаса. Но пустил всё на самотёк.
– Какая теперь разница… Дело сделано.
– С Днём Рождения, – Радос достал из кармана пиджака небольшую плоскую бархатную коробочку пыльно-зелёного цвета с серебристой эмблемой Van Cleef & Arpels.
Лера горько усмехнулась про себя: “Количество внезапно обнимающих меня мужчин и дорогих украшений прямо пропорционально глубине моей депрессии…”
– Я подумал, что тебе очень не хватает четырёхлистного клевера. На удачу.
– Радос, не стоило. Спасибо… – она открыла шкатулку. Тонкий золотой браслет с фирменным четырёхлистником из перламутра мягко сиял в свете офисных ламп.
– Я желаю тебе обрести настоящее счастье.
Лера сморгнула непрошеные слёзы:
– Ты даже не представляешь, как сильно я сама этого хочу…
Радос ещё раз коснулся губами её щеки и молча вышел. Телефон в руке Леры завибрировал. Она сделала глубокий вдох.
– Лера, ты хотела поговорить. Я освободился.
– Иду.