Полагаю, ты о младшем, Василия я тоже знаю, он слабосилок каких поискать. Интриган конечно знатный, но это делу не помогает, много ли так навоюешь с разбитой челюстью? — усмехнулась Листик.
— В общем, полагаю, что средство, которое он дал, всего-навсего отрава. Но я не спрашивала, не озвучивала своих догадок, просто выполняла приказ и всё, — объясняет суккуба, сжимаясь от страха.
Видимо нечисть решила, что этот человек для меня дорог. Если и так, то явно не в эмоциональном плане, а скорее в физическом. Сколько будет стоить скоростной поезд, практически полностью без тряски и расходов на топливо? Не знаю, но полагаю — много.
— Так вот зачем ты меня позвал? — догадалась Листик. — Всё становится интереснее и интереснее.
— Сам в шоке, — поддакиваю подруге. — Когда ехал сюда, даже не подозревал, что всё сложится именно так. Эй ты, гостья из другого мира. Показывай, где палата Скворцовой.
— Скворцова, как оригинально, — задумчиво бормочет себе под нос Листик.
— Не так уж и оригинально, если знать пару фактов, — скептично ответил я.
— Фамилия реальной женщины, Сорокина, это первый факт. Второй факт звучит так: оригинальность и Василий Исаев, это слова, никогда не стоявшие в одном предложении.
— Эк, как завернул, — покачала головой Листик, разом выдавая в этом подтянутом упругом теле бойкую старушку. — Давай глянем, доколе ещё демонюге страхолюдной портить деву чистую.
— Я не демонюга, а деве вашей шестой десяток, — прогундосила суккуба.
— Поговори, давай, — продолжила шебутная старушка. — Тебе-то, поди, не одна сотня, али нет?
— Старше нас с тобой она, — напомнил я и поморщился. — Но давай и правда не таким старческим тоном.
— Эх, молодость, — прокряхтела Хризалида, с каждой секундой всё больше молодея, по крайней мере, в восприятии на слух. — Всё тебе подавай девушек молодых, Антон.
За разговором мы подошли к палате, подождали, пока несколько сотрудников больницы, что ошивались рядом, скользнут по ответвлениям коридора и завалились внутрь.
Нас встретила почти пустая палата с одним прибором, от которого шли трубки к старушке, лежащей на кровати и полной капельнице с прозрачной жидкостью, пропускающей солнечный свет.
— Приступай, — указал на пациента я, прохаживаясь по комнате.
— Эй, медик недоучка, снимай капельницу, — приказала Листик суккубе.
— Стоит ли говорить, что у меня образование есть, — проворчала демонесса, бессильно вздыхая.
