— Попробовать твоей тьмы, хоть капельку, а то все болит от голода, — расплакалась я.
— Точно так же, как утром? Когда массаж головы мне делала? — уточнил Фрей еще более проникновенным тоном.
— Да… — закрыв лицо ладонями, я уперлась лбом ему в плечо ожидая упреков, оскорблений, удара.
Не дождалась, наоборот, получила щедрое предложение:
— Забирай у меня все, что тебе нужно. Пей столько, сколько хочется, ни в чем себе не отказывай.
Сначала показалось, что мой слух выдает желаемое за действительное, ну слишком довольным был голос Фрея и щедрость не знала границ. Я неуверенно пролепетала:
— Ты уверен? Вдруг я ослаблю тебя или наврежу?
— Четверых практически приговоренных ты однозначно спасла, так чем я хуже? — удивился Фрей.
— Они светлые, я чистила их от мрака. А ты же…
— Мрак — энергия мира Дальмейн. Я вайр, маг крови, а тьма во мне лишняя, как побочный продукт. Так что не скромничай, забирай все!
Переспрашивать я не стала, положив ледяные руки на шею Фрею, где открытые участки кожи, я отпустила себя. Отпустила своего личного темного вампирюгу, свой источник с резервом, которых вначале называла кальмарчиком и только теперь осознала их истинную «сущность».
Я пропустила, как мы оказались в присвоенных покоях. Фрей развалился в кресле, я — верхом на нем, и оба наслаждались, правда каждый по-своему.
— Боги, какой же ты вкусны-ый, — сыто поблагодарила я, чуть отстраняясь и натурально икнув от переедания.
— Боги, как же с тобой хорошо-о, — в экстазе выдохнул Фрей.
Иор с ехидством пожелал нам приятного аппетита:
— Боги, никогда не думал, что две энергетические пиявки будут настолько эротично упиваться друг другом.
— Не завидуй, — ухмыльнулся Фрей. И обласкав меня алым взглядом, добавил: — Так вот ты какая, Олеся Викторовна Щепкина.
— Какая? — Я втянула голову в плечи, уж больно плотоядный взгляд у него был.
— Голодная. Темная. И с больши-им таким сюрпризом. Для меня весьма приятным. Можно сказать, жизненно важным для долгой и счастливой семейной жизни.
— Можно накинуть еще сотенку лет к нашему общему будущему? — хихикнула я, расслабившись.
— Бери выше… точнее, больше. В общем, нет, лучше вообще забудь, о чем я раньше говорил. И про любые ограничения.
Иор перестал улыбаться:
— Она что — посветлела для тебя?
— Нет, просто некоторые стороны ее темного дара оказались более ценными, чем можно было себе представить.
— Не для вас, — сухо отрезал Фрей, неожиданно сев ровнее, прижав меня к себе и, взглянув на Иора иначе, чем до того.
