От такой бесцеремонности она обалдела, но кусаться не стала. Судя по эмоциям, «хорошая девочка» пришлась ей по душе.
Я осторожно крутил добычу в руке, наблюдая, как поблёскивает пыль в свете фонарей, проникающем через стекло. Надо бы отнести алхимику дельному, он быстрее разберётся, что это такое. Да и оборудования подходящего у меня не было. Магия ничего не показывала — пыль как пыль.
Но я доверился волшебному зверю. Они способны чувствовать и видеть больше, чем люди. Жаль, рассказать не могут. Можно, конечно, попробовать считать образ из памяти волчицы. Я изучающе взглянул на неё.
Гретта тихо зарычала и попятилась.
— Меня хотели убить? — внезапно осенило Гарольда, и он опустился на ближайший стул. — Но за что?
Столько обиды и непонимания было в его голосе, что жаль стало парня. Это же какой чистый разум должен быть, чтобы так поражаться. Да хотя бы ради дипломатического скандала, чем не причина?
Вот что с ним теперь делать?
— Так, не мешай мне пока, нужно кое-что сделать, — строго велел я.
Сигнальная сеть и защита от тёмной магии. Минимум, что я мог сейчас обеспечить. До утра северянин будет в безопасности, а там пусть тайная канцелярия займётся. Среди ночи Баталова вызывать я не стал, пусть хоть кто-то поспит…
Работа шла легко, пусть и небыстро.
Всё здание из себя представляло прекрасный материал для артефактора. Внутри стен находились изолирующие слои, предназначенные для напитки силой. Кто бы ни строил этот дом, паранойя его сейчас сильно облегчала мне задачу.
Я укрепил защитный контур, добавил дублирующую сеть из всех тёмных аспектов, напитал её с большим запасом. Расставил ловушки на все известные случаи, включил предупреждающий сигнал, которые придёт сразу ко мне и к Баталову. Вообще, без разрешения такое делать вроде как было нельзя, то есть считалось невозможным. Но я на эту мелочь не стал обращать внимания. Романа Степановича я уж точно не удивлю и ничего нового про себя не открою.
— Признайся, чья идея была поселиться здесь?
— Моя, — весьма убедительно соврал Гарольд, покраснев совсем незаметно.
Ладно, передам свои предположения Баталову, пусть он сам вытряхивает из парня подробности.
Трудился я до глубокой ночи. Северянин успел всё-таки подкрепиться и уснул. Лишь волчица молчаливо следила за мной, но вскоре тоже задремала. Будить я их не стал. Приставил дверь снаружи и наложил на неё морок, чтобы не пугать других студентов.
Усталость и гордость от успешной работы боролись за право преобладания.
