И хмыкнул. Тут же почувствовал слабый рывок и, прошептав «говори», услышал любопытное:
— Пастораль какая-то…
Насчитал я домов тридцать, насколько увидел. Крепкие, из дерева, и все с подобными черепичными крышами, как и стоящий ближе всего — тот, который виднелся из-за забора. Даже то, что я опознал, как сарай, имело весьма приличное покрытие. Расстояние между домами довольно большое, соединены они были утоптанной дорогой, местами выложенной плоскими камнями.
Двух и трёхэтажные строения выглядели бы весьма современно, если бы не простой материал. Большие окна со стёклами, поблескивающие металлические ручки. И фонари.
Вдоль дорожек стояли фонари, внутри которых горел огонь. Эфирный огонь, что показательно. То есть либо внутри поселения магия не сбоила, либо они периодически оставались без освещения.
Палисадники, лавки, огороженные клумбы и фонтан! Почему-то он меня больше всего смутил в этом картине. Небольшая площадь, вымощенная полностью и невысокий каменный фонтан, откуда доносилось журчание воды.
Чуть дальше виднелись ворота, возле которых дремали двое стражников. В такой же одежде, как и те, кого мы видели, но вооружённые длинными пиками. Сейчас оружие служило спящим удобным упором.
В одном из домов горели окна. Судя по всему, это было что-то вроде городского центра или таверны. А может, всё вместе. Оттуда и шли голоса.
Кратко описав Тимофею увиденное, я прислушался.
Сначала мне показалось, что язык мне неизвестен. Но с каждой секундой я всё больше улавливал знакомых слов. Отрывистые фразы, наконец, сложились в моей голове.
Рыжий снова задёргал меня за рюкзак.
— Подожди, — сказал я, предельно напрягая слух.
Раздался взрыв хохота и за ним громкий уверенный голос:
— Да вы просто настоящего севера не видели! Тут так, баловство. У нас в Поморье и летом снег выпасть может, а зимой солнце на месяц вообще уходит! Зато летом два месяца без устали светит, есть такое. А вы — климат, сырость…
— Ну так и нас снег летом может… — робко возразил кто-то.
— Разве ж это снег? — прогремел первый. — Выпадет пару вершков, так сразу стихийники налетают и давать растапливать. У нас и с аршин преградой не считается.
— Ты уж не заливай — аршин! — вступил третий голос, увесистый бас. — Если по пояс снега выпадет, только ходы копать.
— Кому по пояс, а мне по… — захохотал рассказчик. — На севере только такие великаны, как я, и живут!
Прозвучал звон посуды, последнее явно было принято за примирительный тост.
