В Артефактах Древнего зажигается первобытная свеча войны, когда люди сталкиваются лицом к лицу с неведомыми существами из мира древности. Виктория плачет на фоне кровопролития, а умирающий мир вокруг подаётся в тени бешеных выстрелов и жарких магических боёв.
Волей, как пинцетном, словно расправлял крылышки засушенной бабочки, я коснулся лезвия.
Звонок телефона заставил чертыхнуться и выругаться сквозь зубы. Однако взгляд на экран заставил усмирить раздражение и ответить.
— Господин, — послышался голос Николая в трубке, — я…
— Что-то случилось? — спросил я ровно, не желая слушать долгих прелюдий, мне не терпелось вернуться к исследованию артефакта.
— Нет… да… — Коля растерялся, но быстро взял себя в руки, — дома всё в полном порядке, у меня хорошие новости.
В последнее время чего только не происходило со мной, потому я был готов ко всему.
"Хорошие новости в последнее время были редкостью. Даже кинжал — вроде и получил его, но радости это не приносит. А тут, судя по голосу Николая, действительно, хорошая новость. Потому решил выслушать слугу, а не бросать трубку.
— Вы дали мне задание найти бойцов в гвардию, — Коля, будто интуитивно чувствовал, что я занят, и старался говорить быстрее. Но скорость не отменяла радости в его голосе. — Я позвонил паре сослуживцев, кому можно доверять, и один из них по чистой случайности оказался в городе.
Когда Коля замолчал, на заднем фоне я услышал голос Слона Василия.
— Про меня скажи ему, — шептал Слон, — я ж здесь теперь. Ирина Леонтье…
Что-то звякнуло, скрипнуло. Слон ойкнул, а Коля продолжил:
— Он пришёл сейчас к нам в дом, и, может, Вы поговорите с ним сегодня?
— Ты, случаем, не про Слона? — хмыкнул я в трубку.
Коля помолчал немного, видимо удивился вопросу, затем, медленно растягивая буквы, ответил:
— Нет.
— Хорошо, — кивнул я, хоть он и не мог этого видеть, — приеду, проведу собеседование.
— Благодарю, господин, — заявил Коля, будто это он упрашивал меня взять на работу друга, а не я приказал найти людей. — А насчёт Васьки…
— Пусть остаётся, — не дал я ему договорить и тут же добавил: — но передай Ирине Леонтьевне, что больше домашних питомцев в дом не тащить.
— Понял, господин, — мне показалось, или Коля вздохнул с облегчением?
Уточнять я не стал. Сообщил, что скоро буду и повесил трубку.
Ирина Леонтьевна та ещё особа. Ещё при знакомстве я понял, что с ней будут трудности. Слишком уж она вошла в роль наседки. Ладно бы это касалась только сестры Николая, но она опекала и самого Колю, и, даже, Слона.
