В Аш, мир смертных и бессмертных подчиняется строгому Братству и Совету. Магией гипноза и управления волей склонены к власти кланы Черные Львы, Северные Львы, Гиены и примитивный Носферату. Лианы питаются кровью смертных, но только из рас, не связанных с Падшими, чтобы сохранить свою уникальность в этом мире....
Стало труднее дышать, а сердце забилось чуть быстрее. Возможно, я задавала себе этот вопрос тысячи раз, что я чувствую к своему мучителю, хозяину, палачу, жестокому любовнику? Я гнала этот ответ прочь после того, что он сделал со мной. Но ведь это ничего не меняло, себе я могу не лгать. Я люблю это чудовище.
Глава 20
Мы снова двинулись в путь, между огромными насыпями из песка, словно между рефленными красными стенами. Внезапно заржал чей-то конь и завалился на бок, подминая под собой всадника. Люцифер встал на дыбы и прежде чем я успела что-то понять в воздухе засвистели стрелы, они вонзались в песок вибрируя и заставляя коня подо мной метаться из стороны в сторону.
— Засада! Укрыться за валунами!
Голос Аша взорвал тишину, начался хаос. Ржание лошадей, топот и крики. Я растерялась, Люцифер не давал мне спешиться, он метался из стороны в сторону, пока стрелы свистели над моими ушами и вонзались у его копыт. Внезапно кто-то выдернул меня из седла и повалил на песок, придавливая всем весом, лишая возможности вздохнуть.
— Не шевелись, Серебрянка, не шевелись."
"Голос Фиена с трудом различался во всеобщем хаосе криков и ржания лошадей, отборной ругани и свиста стрел. Я чувствовала, как он вздрагивает и впитывала его боль, каждая судорога — это стрела, впивающаяся в его плоть.
— Аш! — вместо крика вышел жалкий хрип, — пусти, Фиен. Пусти!
— Отобьет нападение и вернется… — голос инкуба казался очень глухим и я дрожа всем телом закрыла глаза, — тихо, не дергайся, тихо!
— Где она?!
Голос прогремел, как раскаты грома и тяжесть тела, вдавившая меня в песок исчезла, я приподняла голову, всхлипывая от ужаса и чувствуя, как по моему лицу течет что-то липкое, тронула и одернула пальцы, увидела черную кровь.
Аш дернул меня к себе за руку, поднимая с песка, сжал лицо пятерней всматриваясь мне в глаза его собственные горели адским пламенем.
— Цела?
Я кивнула, стуча зубами от ужаса. Он еще несколько секунд смотрел на меня, зарылся пальцами мне в волосы и резко прижал к себе, я уткнулась лицом в мощную грудь и всхлипнула, почувствовав его запах, биение сердца, невольно вцепилась в его плащь дрожащими пальцами и тихо спросила:
— А ты?
Подняла голову и посмотрела ему в глаза, оранжевая радужка медленно сменилась светло-зеленой и ровные брови сошлись на переносице, словно его озадачил мой вопрос.
