В здравии своего дома, Ассана неожиданно выходит на балкон, только что обнаружив шум. Вспышка ярости раздается издалека — похоже, кто-то назвала её мерзавкой в своем шалашовке. Дедушка предупредительно приглушает шум шагов, чтобы не привлечь внимание нападок. Ассана улыбается холодно, готовясь к встрече с грубиянами джунглей, где каждое слово важно и каждая манера — ключ к безопасности её владений....
Они хоть и не таились, но всё же прекратили рычать. Только сучья хрустели под их весом. Страшный противник. Быстрый, сильный, умный…
Мы подошли к поляне. Её окружала естественно образованная стена из кустарников и деревьев, плотно жавшихся друг к другу. Всё это крепко оплели толстые и тонкие лианы. Попасть на полянку можно было лишь через созданный нами же проход. Довольно узкий.
– Один за другим. Живо! – громко прошептал дядя Стёпа, даже не оглянувшись на людей: он весь был сосредоточен на их охране.
Дети, старики и женщины чуть ли не бегом втянулись в своеобразную клетку.
– Предлагаю пока разместиться здесь, – сказал Вишневский, последним шагнув внутрь полянки. – Дальше без прорубания пути нам не пройти, завязнем. Этой ночью эти стены наша защита, – он внимательно оглядел зелёную преграду, – а единственный проход отстоять уж сумеем. Хочу верить, что с наступлением утра обезьяны свалят.
– Почему они не напали на нас, пока мы бродили по джунглям? – дрожащими губами спросила Елизавета Эриковна, женщина нервно смяла ткань рубашки и во все глаза смотрела на Степана Анатольевича.
У неё шок. И не только у неё. У всех.
Буквально час назад у нас был дом, у каждого своя квартира, где всё ясно-понятно. Родное и дорогое. А теперь… А теперь ничего этого нет. Погибли люди. И смерть их была страшна…
– Потому что гориллы видели, как застрелили их собрата. Да, они могли кинуться на нас всем скопом.
Люди последовали её примеру: сели прямо там, где стояли.
– Я наверх, – стараясь, чтобы голос не дрожал, и не дожидаясь ответа, подошла к дереву с низкими ветками. Мне нужно было что-то делать, иначе нервы сдадут и я просто разревусь.
Подняться по шершавому стволу, оплетённому лианами, оказалось проще простого и не заняло много времени.
Удобно устроившись на развилке между ветками, перехватила лук.
И замерла в оцепенении. По коже пробежал холодок. Резко вскинув голову, вгляделась во тьму.
Тёмная монструозная фигура сидела аккурат напротив меня.
Наши взгляды встретились.
Вожак горилл, а это был точно он – по его позвоночнику шла едва заметно мерцавшая синяя полоса, – оскалил страшные клыки и утробно зарычал.
