Негритянкой! Мальчишка кричит на весь коридор. Я не могу простить себе происхождения и эти обидные названия. В Ассане я пытаюсь покончить с этим прошлым, открывая страсти древних земель и встречаясь с теми, кто осмелился оскорбить меня из-за моего цвета кожи.
Я пожала плечами, но решила немного прояснить ситуацию.
— Он торопился. А ты лучше, чем Ведок Ароко.
На этом наш разговор закончился. Оло выскочил на широкое крыльцо, а следом за ним потянулись измождённые, уставшие от жизни люди-и. Их тут же выстраивали в ровную линию, кричать на нерасторопных рабов никто так и не решился. К тому же в ворота въехали наши Ассаи со Всадниками на спинах, и немногочисленная стража замка окончательно опустила руки.
— Как у тебя дела? — спросила Алана, спрыгивая со своего волка и подходя ко мне ближе.
— Вот оно как, — протянула она, продолжая говорить по-русски, — я знала, что в этом мире есть рабство, но чтобы людей держали в таких условиях даже не подозревала.
— Я в таких условиях жила. И если бы не сила нгуву и помощь этой земли, то мы бы простыли и давно сгинули. А так нам было гораздо более комфортно, если так можно сказать, чем аборигенам-рабам.
Алана задумчиво покивала, я же снова посмотрела на входные двери, из которых потянулись мои старые знакомые, бывшие соседи. Практически все женщины были беременны.
Меня они тоже узнали, как и Аню и Алексея Сергеевича, подошедшего к ним вплотную. Что тут началось! Крики, плач.
— Вы же за нами приехали, родненькие? — держась за живот ко мне спешила… Полина, я её не сразу и узнала, видать после того, как женщина забеременеет, с них переставали ""сдувать пылинки"".
"— Всё теперь будет хорошо, — прошептала я, успокаивая Полину, — мы вас заберём туда, где никто не будет обижать.
Мне вдруг стало очень стыдно, что я не смогла тогда забрать их всех.
Акакиевич и Кирилл вышли последними, но они выглядели гораздо лучше остальных, морды лоснились от жира, без того маленькие глазки, превратились в щёлочки. И от них за версту несло перегаром. Меня бывший муж бабушки узнал, ощерился, но ничего похабного сказать не успел. Кирилл ощутимо толкнул того в бок и что-то прошипел на ухо.
— Итак, — громко объявил Алексей Сергеевич, — отныне вы все свободные люди-и.
