Негритянкой! Мальчишка кричит на весь коридор. Я не могу простить себе происхождения и эти обидные названия. В Ассане я пытаюсь покончить с этим прошлым, открывая страсти древних земель и встречаясь с теми, кто осмелился оскорбить меня из-за моего цвета кожи.
Эпилог
— Какое счастье! — я сделала маленький глоток обжигающего, вкуснющего напитка, — кофе… и матушка Земля, как будто на мгновение стала ближе!
— Скучаешь? — чуть наморщив переносицу, Хайл взял из моих рук чашку и сделал глоток смолянистого напитка, — не пойму, в чём прелесть этого напитка, — задумчиво протянул он.
— Тебе нужно сделать со сливками, в таком виде мало кому нравится, — улыбнулась я, забирая свою чашку назад, — сейчас тебе сделаю, должно понравиться.
Я несколько неуклюже подошла к столу: живот был настолько большим, что я иногда боялась — сама не смогу разродиться.
— Ох, — потёрла я поясницу, — когда же ты мой сладкий малыш, решишь появиться на свет? — в который раз спросила я, поглаживая живот, — уже неделю перехаживаем.
Хайл подошёл и обнял меня со спины, чмокнул в макушку и хмыкнул:
— Всему своё время, тебе ли не знать? — и то правда: чему быть, того не миновать, и я, растирая поясницу, ""отлипла"" от мужа, и занялась кофе.
Наливая в стакан густые сливки, я вспоминала вчерашнюю встречу с друзьями. Катерина вся светилась от счастья: она недавно узнала, что в положении. За многие годы безуспешных попыток зачать ребёнка, девушка смирилась и вот сбылась самая большая её мечта.
Степан вовсю изучал ювелирное дело, уж очень ему нравилась эта работа и Катерина утверждала, что у парня недюжинный талант. Лизу же буквально завалили заказами на пошив одежды.
"Омар открыл свою булочную в другой части города и женился на Монике. Оба были счастливы, и в друг друге души не чаяли.
Освобождённые земляки, устроившись в Восточном городе, приехали в Вёртекс и забрали своих детей. Уж их встречу я не забуду никогда: крики радости и благодарности всё ещё звучали у меня в голове.
