Негритянкой! Мальчишка кричит на весь коридор. Я не могу простить себе происхождения и эти обидные названия. В Ассане я пытаюсь покончить с этим прошлым, открывая страсти древних земель и встречаясь с теми, кто осмелился оскорбить меня из-за моего цвета кожи.
Наверняка, раздавать поручения другим иномирцам-рабам."
"— Ай, да! — вдруг притормозил Оло и обернулся ко мне, — как работа кончаться падумай, кта ис вас вкуусно готовить уметь? На кухню повариха нада. Три штука. Хааарошая места, ммм, — мужичок мечтательно закатил глаза и добавил, — атличная места. Падумай. — И быстро свалил по своим делам.
А что тут думать. На кухню отправлю бабушку Надю и других бабулек, кто умеет вкусно готовить. И расторопен.
Нам выдали мётлы, деревянные совки и что-то наподобие грабель, только полностью деревянных, но с такими редкими зубьями, что проще их было выкинуть.
Сволочи эти аборигены с их правителем во главе!
Именно нас ждали, чтобы собрать эту вонючую, кажется, век не менянную, траву?
Я, тихо матерясь, сгребала сено в аккуратные кучки, которые потом забирали Катя с Лизой и выносили куда-то на улицу. В сухой растительности жили мыши. Размером с мой кулак. Нужно отдать должное всем членом моей группы: никто не завизжал. Охи и ахи слышались периодически, но истерить никто не стал.
— Здесь клопы размером с ноготь большого пальца, — жалобно проговорила Наталья и добавила, — а представляете, если бы нас, как рабов из фильмов, заставили ходить босиком?
Такое представлять не хотелось, потому мы заработали в два раза интенсивнее, чтобы поскорее закончить и хоть немного перекусить.
Зал был огромен. По моим прикидкам справиться должны были лишь к пяти-шести вечера. Что и произошло.
Бабушки кидали чистую траву на выметенные участки, не сильно при этом утруждаясь (на то и был расчёт) и часто отдыхая.
Алиска изредка приходила и довольно кивала головой.
— Наконец-то, — выдохнула Моника, утирая рукавом пот со лба, — я думала эта вонючая гадость никогда не закончится.
— Как вы все? — спросила я, прислоняясь спиной к прохладной стене. Сейчас бы горячий душ и сытный ужин.
— С утра желудок выл, потом ныл, а сейчас прилип к позвоночнику и не подаёт признаков жизни. Хоть бы воды дали, изверги, — пробурчала Варя. Девушка она была колоритная: высокая, метр семьдесят восемь, с пшеничной толстой косой, даже в конце рабочего дня аккуратно заплетённой, чуть раскосые красивые глаза орехового цвета.
