Негритянкой! Мальчишка кричит на весь коридор. Я не могу простить себе происхождения и эти обидные названия. В Ассане я пытаюсь покончить с этим прошлым, открывая страсти древних земель и встречаясь с теми, кто осмелился оскорбить меня из-за моего цвета кожи.
Взрослого Зверя невозможно обучить и сделать своим питомцем, но с ним можно договориться, чтобы он отдал своего детёныша людям. Но ни один зверь не пойдёт на подобное, поэтому люди-и их просто убивают при помощи иномирного оружия или обманом, после чего забирают детёныша (детёнышей) себе и отдают Всаднику, у которого нет питомца. Второй вариант: просто продают на специальном рынке за большие деньги.
Глава 10 Глас
Они приходили во сне. Голоса. Жёсткие. Требовательные.
Они стучались мне в голову, старались проникнуть в возведённую мной ментальную защиту.
Каждое утро чувствовала себя разбитой, но никто так и не смог покопаться в моих мыслях.
Со своими страхами я не делилась ни с кем, вокруг меня женщины вели себя, как обычно, а это значит, что такие неприятные ощущения возникают только у меня, либо они все хорошо притворяются. Почему я молчала и ни с кем не делилась своими переживаниями? Возможно, утром мне всё это казалось бредом сумасшедшего? Не знаю, да и некогда было сильно об этом задумываться.
На вторую ночь пребывания нам принесли две большие металлические переносные печи, от которых шло благодатное тепло.
И ножницы.
Вот тут-то всем стало не до благодарностей за жаровни. Нас собирались остричь.
Ещё в первую ночь я вытащила две свои самые длинные невидимки и спрятала в щель между досками лежанки. Как чувствовала, а точнее оценила внешний вид наших соседок из других комнат.
""Парикмахерские процедуры"" не заняли много времени: Алиска не заботилась об эстетике, стригла, как попало и очень быстро. Мне даже на мгновение стало страшно за свои уши, глаза, нос, вообще за всю голову. Но, видать, у девушки уже была набита рука и обошлось без травм.
Печи оставили. Хоть на этом спасибо. Пол ночи кто-то из слабонервных женщин подвывал во сне, вперемешку со всхлипами, таким образом убиваясь по утерянным косам.
А потом начались трудовые будни, ни дня на отдых или просто передышку.
Уже целую неделю мы в этом огромном мрачном замке пашем, как Папа Карло, не разгибая спин. Конца и края этой пахоте не видно…
Первый день ещё был ничего, как оказалось.
