В глубокой лесной тени скрываются два зеленых огня — глаза младшего сына. Астра, его сестра, борется за свою жизнь, а он остается рядом, надеясь на то, что его любовь сможет исцелить её. Внутри кипит непонятная жара и холод, но Кит не замечает этого — он лишь молится за сестру, чувствуя в себе силы противостоять болезни....
— Но ты хочешь, чтобы я подружился с тем мальчиком, — сделал вывод Кит.
— Я хочу, чтобы у тебя появились друзья, — объяснила я. — Не обязательно Ваня, или кто-то определённо. Просто друзья, с которыми ты бы играл, к которым ходил на день рождения, с которым проказничал бы.
— Проказничать нельзя, — буркнул Кит. — Отец наказывал за это.
— Знаешь, иногда можно, — фыркнула я. — Главное, не навредить ни себе, ни другим людям. Во всяком случае намеренно.
За неспешным разговором мы и не заметили, как дошли до дома.
— Знаешь что, сегодня мы отдыхаем, а завтра отправимся за травами.
Для меня было немного странно видеть, как ребёнок занимается вполне взрослыми делами. Носит воду, может что-то приготовить, ухаживает за скотом. Живя на Земле, в современном мире, я знала, что есть дома, где ребёнок по дому работает наравне со взрослыми. Но это встречалась так редко, что вызывало удивление."
"Я не бралась судить, правильно это или нет.
Кит натаскал воды, а я растопила печь и принялась за готовку. Достала небольшую сковородку и поставила на плиту.
У Адама я купила немного еды, но договорилась, что Кит будет прибегать вечером за молоком.
Нарезав небольшими кусочками грудинку, закинула её в сковородку.
Пока жарилась картошка, нарезала тонкими ломтиками ветчину и свежего, белого хлеба.
Глаза Кита загорелись, когда он увидел хлеб и мясо. Это была редкость в доме Василия. Не потому что жадный. Точнее, бывший муж был жадным, но это не причина, почему такие продукты отсутствовали на столе.
Здесь, в Боровиках, люди жили как-то сплоченнее что ли… На моей памяти и драк-то особо не случалось, если только два пьяных друга что-то не поделили. Да и старостами всегда выбирали деятельных мужиков. Вот прошлый староста и предложил построить мельницу, а поля засеять пшеницей. Потом кто-то увидел, как в соседнем городке коптят мясо, и предложил такую новинку односельчанам.
В деревне Василия мельницы не было, а пшеничная мука стоила в разы дороже ржаной.
