На аукционе предлагаются драгоценные руки невинной девушки, и каждая жаворонка знает о том, что продается не просто предмет, но целое состояние. В этот день, когда утром начинается аукцион, сама будущая владелица лота стесненно дрожит от предстоящего рода эксперимента....
— Тимур, заткнись.
Хватка слабеет, меня отпускают, двигаюсь дальше, утираю слезы с лица, поджимая под себя ноги. Мужчина отходит, в стену летит шкатулка с сигарами, она задевает стеклянный стеллаж, тот рассыпается на осколки.
— Так это правда?
— Что?
— Что ты не девственница?
— Не девственница.
— Ахуительные дела. Котенок, ты попала, знаешь об этом?
— Да.
— Хочешь выпить?
— Да.
Меня трясет так, что зуб не попадает на зуб. Кошусь на Захара, тот сам пьет алкоголь прямо из бутылки, в комнату заглядывает охрана, он кричит на нее, чтоб та закрыла двери.
— Держи, — мне в руки засовывают бокал, проглатываю его содержимое за секунду, горло обжигает, внутри разливается тепло, зубы стучат о стекло.
— А можно еще?
— Да, помирать веселее на пьяную голову.
Он тянется назад, наливает мне еще, почти целый бокал. Снова пью, но уже медленнее, слишком крепкий алкоголь, но я терпела в надежде опьянеть на голодный желудок и вообще отрешиться от всего.
— Еще? — ему смешно, а вот мне нет.
— Достаточно.
— А теперь давай потрахаемся, раз уж тебя все равно купили, меня, если честно, напрягают девственницы, слишком много возни.
— Вы убьете меня?
Сознание слегка плывет, по телу разливается тепло, мужчина перед глазами качается, пытаюсь сосредоточиться и задержать свой взгляд на его глазах.
— Пока я буду тебя трахать нет, а Захар Данилович за это время спустит пар. У меня яйца сводит, хочу облизать твои соски, иди ко мне."
"Он тянет меня на себя, заставляя сесть сверху, а я настолько пьяна, что мне все равно, что со мной будет дальше.
Все так остро и необычно, не понимаю, отчего продолжает трясти, от страха или желания. Алкоголь кипит в крови вместе с адреналином, мужчина продолжает ласкать не так грубо, как тот, первый.
Закрываю глаза, сознание кружится в ярком калейдоскопе, веду бедрами, запускаю пальцы в его волосы, чувствую, как он сосет уже второй сосок. Надо было раньше напиться, под крепким градусом мир становится лучше, разум уходит на второй план, остаются лишь инстинкты.
Мне нельзя пить, я знаю, слишком быстро пьянею, снова кричу, прижимаясь всем телом, распахиваю глаза, когда мужчина проникает в меня пальцами и делает поступательные движения.
