Шагаю вперёд по узкому проулку с обеих сторон окружены стены из обычного кирпича, не будучи сделаны из металла. Под нами тяжелое мрачное небо затянуто тучами, и чувства заставляют меня осознавать, что мы снова здесь, в секторе — но реальность вокруг кажется даже более пристойной и обыденной. Цнара заявляет, что не видит ни одного задания на карте, вызывая непреодолимое чувство беспомощности и одиночества....
Звук шагов, чьё-то удивлённое восклицание. Мужской голос.
— Что за дерьмо? Какие суки это сотворили?
Судя по тембру, их командир. Либо сам Рохс, либо кто-то из его подручных. Ему сразу же отвечает один из бойцов.
— Может та ковбойша? Или её дружки?
— Ага. Сука, которая ни разу никого пальцем не тронула, взяла и вырезала тут всех, прикончив Ойнера и его людей. Смешно, Долл. Оборжаться просто.
Почему Харр до сих пор не бросил гранату? Они ведь уже внутри. Можно начинать.
Слышится третий голос.
— Дверь была закрыта изнутри.
Секунду все молчат, потом тот, что заговорил первым, рявкает.
— Подняли стволы, идиоты! Проверить тут всё! Увидите кого, валите на месте!
Что с Харром? Где граната? Давай, енотина! Бросай её уже!
До ушей доносятся шаги — бойцы противника начинают разбредаться по залу. Интересно, у них есть импланты, сканирующие через преграды? Если да, то нас можно обнаружить, просто осмотрев зал. Об этом я тоже не подумал. Сука! Если выживем, пожалуй стоит дать организму отдых.
Наконец-то! Что-то бряцает об пол, покатившись дальше.
— Граната!
— Валим!
Сжавшись, жду взрыва. Но вместо этого слышится мощный хлопок, а помещение заливает ярко-синий свет. Мощная вспышка в другой части зала пусть и не ослепила, но заставила на момент прикрыть глаза. Держа в руках пистолет, высовываюсь наружу.
Но первой успевает Уна — она уже высунулась из-за стойки и выпускает пулю за пулей.
Первое, что я сразу понимаю — граната действительно была не самой простой. Некоторые из трупов, попавшие под удар, превратились в обугленные ошмётки. Плоть сгорела за какие-то доли секунды. К сожалению, атакующих не спалило — пятеро распластаны на полу, но шевелятся. А ещё двое уже поднимаются на ноги.
В одного из них и стреляет Уна, всаживая пулю за пулей.
Сам я открываю огонь по второму. Тот самый мужик, что говорил с Кайши по видеосвязи. Лицо у него сейчас немного покорёжено, но три ярко оранжевые полосы никуда не пропали — узнаю сразу же.
Две пули в корпус. Околонулевая реакция.
