В узком прихожом пространстве полно мониторов, заставляющих просыпаться даже самых погруженных в сон. Мужчина поднимает голову и сразу же снова сводит веки — ощущение боли пронизывает каждую жилку. Голос на другом конце провода приглушенно издевается, предвкушая неловкость ситуации. Вопреки облегчению от пробуждения, в воздухе чувствуется напряженная тьма, словно предвещая новые испытания....
«Укрепления» всё ближе. Правда, продвижение во «дворе» замедляется — первые смельчаки уже добрались до стены постройки, но войти внутрь не пытаются. В целом, я их понимаю. Ворваться первым, когда внутри несколько сотен вооружённых людей, это почти гарантированная смерть. Но и останавливаться слишком надолго, нельзя.
Уран видимо думает о том же самом — в наушнике слышится голос робота.
— Я пойду первым, командир. Зачищу холл и дам ворваться остальным.
Перепрыгиваю через изувеченный труп дэрта и выдаю ответ.
— Хорошо. Мы с Хэчем за тобой.
Мешки с песком совсем близко. Ещё чуть и мы обеспечим прорыв в само здание. А потом останется лишь методично зачистить его.
Через импровизированную «стену» перемахивает стройная фигура в бронированном комбинезоне. Твою мать!
— Уна, отставить! Первым пойдёт Уран!
Девушка должны слышать приказ. И я уверен, что слышит. Но благополучно игнорирует — ещё момент и она уже около дверного проёма. Рядом с десятком бойцов, которые прижались к стене, не рискуя сунуться внутрь.
Поднимает что-то с земли и бросает внутрь. Как только гремят выстрелы, выставляет ствол автомата, поливая противника свинцом. Бросает ещё какой-то предмет. Какого хера она творит?
Секунда и «напечатанная» скрывается в проходе, откуда доносится стрельба. Следом за ней внутрь влетает один из «штурмовиков». И начинается цепная реакция — в здание врываются все, кто мялся около входа.
— Уна, твою мать! Не вздумай там сдохнуть.
Выкрикиваю слова на полном автомате, но в наушнике внезапно звучит голос девушки.
— У меня нет матери, Брод. Но я очень надеюсь познакомиться с той парой отцов, что меня вылепили. И вскрыть их сучьи глотки.
Речь прерывается протяжным стоном и в голове проскакивает воспоминания о её специфической реакции на убийства. Боюсь, теперь девушка не остановится, пока не доберётся до последнего из живых в этом здании.
Перемахиваю через мешки с песком, приземлившись на чей-то труп. Метрах в пяти правее один из бойцов Варнов блюет на землю.
— Слабаки, босс. Не умеют держать всё в себе.
Не сказать, что ирония Хэча уместна, но лучше уже так, чем исторгать содержимое желудка на землю.
Количество наших бойцов во «дворе» стремительно растёт. Но кроме тех, что последовали за Уной, больше никто не спешит отправляться внутрь.
