Бывший офицер спецназа Антон Иванов, потеряв в войне близких людей, превращается в легендарного командира боевиков по имени Сыч. За крупное вознаграждение он берется уничтожить группировку полевого командира. Месть становится для него делом чести, ведущим к опасной игре, где одна ошибка...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дело чести»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Бывший офицер спецназа Антон Иванов, потеряв в войне близких людей, превращается в легендарного командира боевиков по имени Сыч. За крупное вознаграждение он берется уничтожить группировку полевого командира. Месть становится для него делом чести, ведущим к опасной игре, где одна ошибка...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Лев Николаевич Пучков Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Бывший офицер спецназа Антон Иванов, потеряв в войне близких людей, превращается в легендарного командира боевиков по имени Сыч. За крупное вознаграждение он берется уничтожить группировку полевого командира. Месть становится для него делом чести, ведущим к опасной игре, где одна ошибка...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Дело чести» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"Лев Пучков
ДЕЛО ЧЕСТИ
ЧАСТЬ I
ПО ТУ СТОРОНУ ТЕРРОРА
Глава 1
Нехорошо расположен поселок Челуши. Высокий скалистый берег Терека исключает возможность скрытного подхода и внезапного нападения со стороны реки — чтобы забраться отсюда, нужно иметь первоклассное альпинистское снаряжение и мастерство «снежного барса». С трех других сторон поселок окружают пологие каменистые скаты древнего холма, на вершине которого в незапамятные времена кто-то из первых Бекмурзаевых заложил каменную хижину.
Длина этих скатов от вершины до того места, где спуск плавно переходит в зеленую равнину, составляет от полутора до двух километров, они прекрасно просматриваются на всем своем протяжении и, несмотря на пологость, недоступны для транспорта из-за многочисленных складок и гигантских карманов, образовавшихся еще в те времена, когда повсюду на земле кипела вулканическая масса. Транспорт может подняться сюда по единственной дороге, которая денно и нощно охраняется усиленным «нарядом» аксакалов, что режутся в нарды в чайхане у самого въезда в село. А в пешем порядке — откуда ни заходи — тебя увидят в самом начале восхождения. Увидят, сделают выводы и доложат кому надо…
— Чует мой попендер — будет тут облом нам… Будет нам облом тут — это сто пудов! — словно прочитав мои мысли, пробормотал речитативом Джо, откладывая бинокль и переваливаясь на спину.
— Рано хоронишь, Санек, — с наигранным оптимизмом ответил я и, посмотрев на часы, добавил:
— У нас еще целых три часа с хвостиком. Так что…
Немного помолчав, вредный Джо вновь начал меня донимать:
— Ну и что — три часа? Пролетят — глазом не моргнешь… Я ж сразу сказал — пошли к трассе! Вон — уже пять тачек выехали с утра. Давно бы уже притормозили кого надо. Может, поползем, пока не поздно?
Ласково улыбнувшись боевому брату, я показал ему кукиш:
— Верь мне, Джо… Бери бинокль и наблюдай себе помаленьку, а я пока подремлю, — и нахлобучил панаму на глаза, давая понять, что полемизировать не расположен.
Обиженно крякнув, Джо заерзал на подстилке, поудобнее устраиваясь для наблюдения. Еще утром, когда мы оборудовали лежки на этом не проездном перевале, мой напарник предложил сразу пробираться в долину и соорудить засаду возле трассы. Предложение на первый взгляд было заманчивое, и я чуть было не клюнул. Однако, поразмыслив и проанализировав информацию, полученную от Шведова, решил действовать по своему плану, страшно огорчив Джо. А поскольку мы находились на вражьей территории и работали в экстремальном режиме, оспаривать командирскую точку зрения — пусть и не совсем правильную на его взгляд — мой своенравный боевой брат не решился и затаил глубокую скорбь по поводу внезапной кончины моего стратегического таланта.
