В заброшенном подземелье проныры пытаются выбраться из опасного двойного зоны, когда их железяки наконец останавливают гравитационный лифт. Тут же появляется тревожное впечатление, что они не единственные жертвы: ушлые твари могли найти другой выход. Риск столь велик, что предстоящий подъем станет решающим, иначе они окажутся последними....
Такой бардак, что один ничего не знает о судьбе других? Или всем просто нет дела? Хотя, может они там вовсе сидят в замках, изолированные друг от друга.
В голову приходит неожиданная идея. Этот ублюдок выбил меня из колеи. Так почему не ударить в ответ и по его нервной системе?
— Лучше скажи мне, кто отдал приказ по Эрзеру? И как вы это провернули?
Секунд пять тот молчит, обдумывая услышанное. Потом снова продвигается ко мне.
— Не делай вид, что тебе что-то известно об Эрзере. Не знаю, кто ты, но свести знакомство с этим психопатом, у тебя не было ни единого шанса.
Изображаю максимально уверенную усмешку.
— Не обязательно знать человека лично, чтобы быть в курсе его действий и планов. Он смог навести шороху во всём комплексе. Включая сектора, которые сильно удалены от вас.
Когда он снова начинает говорить, я отчётливо слышу нотки удивления.
— Сектора? Ты тоже веришь в это дерьмо?
Пытаюсь подавить вздох, но он всё равно прорывается наружу. Серьёзно? Даже эти парни, достигшие условного бессмертия, не озаботились сбором информации.
— Скажи мне, где мы сейчас, с твоей точки зрения?
Простой вопрос заставляет его ещё на несколько мгновений задуматься. В конце концов принимается излагать.
— Это закрытая игровая зона, где проживают выжившие. Наша цель — выбрать лучших из лучших, чтобы восстановить генофонд человечества после великой катастрофы.
С большим трудом подавляю нервный смех.
— Лучших? В чём именно? Мастерстве прогиба под ситуацией? О том, как вы там восстанавливаете генофонд, я даже спрашивать не хочу. А вот местоположением поинтересуюсь. Раз ваша задача — снова населить планету, распространив свои гены, то где она сама? Планета. Почему все заперты в громадном металлическом мешке, откуда нет выхода.
Предполагаю, что он задумается, но к моему удивлению, Вечный начинает отвечать практически сразу.
— Все мы, по одному отправляемся на поверхность. По мере того, как очищаются новые территории и для нас находится работа.
Ненадолго впадаю в ступор, но быстро встряхиваюсь.
— Какая именно работа?
— Направлять тех, кто уцелел. И продолжать дело по заселению восстанавливаемой поверхности.
Всё-таки не выдерживаю и смеюсь, запрокинув голову к «небу».
