– Я здесь! С ключами! Дом твой! Документы в машине! Можем прямо сейчас туда ехать!
Я решил напомнить о своем присутствии и произнес:
– Разрешите взять роскошные цветы? – с поклоном осведомился Борис.
Отчим сунул ему клумбу.
– Ваня! Привет, я сразу не заметил тебя.
Я всунул ноги в любимые ковровые тапки, при взгляде на которые маменька всегда ехидно говорит: «К этой обуви положена юрта». Ну да, я ростом всего метр девяносто с копейками, меня трудно заметить, и уж совсем странно ожидать, что поздним вечером хозяин квартиры окажется дома.
– Где Николетта? – спросил Владимир Иванович.
– Тут, – голосом леди Макбет, только что убившей всех, кто попался ей под руку, заявила маменька, выплывая в коридор. – Кто этот человек?
Я удержал рвущийся наружу смех. Маменька нарядилась в кроссовки с надписью «Old monkey» и свитер, украшенный фразой «The mothers of all monkey». Помнится, я был удивлен ее списком одежды, но потом выяснилось, что Николетта хотела принарядить собаку. Пуловер и обувь чуть было не полетели в голову незадачливого «закупщика», но, на мое счастье, появилась Кока и назвала жуткие шмотки самыми модными, прекрасными, стильными. И вот маменька в них щеголяет. Выглядит она… как бы помягче сказать… странновато.
Батлер тихо кашлянул.
– Кто этот человек? – повторила Николетта. – Кто?
– Разрешите представиться, Иван Павлович Подушкин.
– Вава, прекрати клоунаду, не о тебе речь. О нем! – рассердилась матушка. – Я его знаю? Нет, я его не знаю. И знать не хочу!
Владимир Иванович вытянул вперед руку со связкой ключей.
– Любимая! Ты просила купить особняк, а я – дурак, идиот, кретин! – заспорил. Я признал свою ошибку! Исправил!
Я сел на стул около вешалки. Так вот почему Николетта заявила о разводе с супругом и упала камнем на мою голову. Всегда покорно исполнявший любые ее желания муж взъерепенился, отказался приобретать недвижимость. А я‑то гадал, что стряслось!
Николетта надула губы.
– Да? Сарай на шести сотках?
– Конечно, нет, – засуетился Владимир Иванович. – Три гектара участок, две тысячи квадратных метров избушка, ландшафтный дизайн от известного француза. Погоди, дорогая, фамилия лягушатника из головы выпала, сейчас…
Отчим вытащил телефон, стал в нем рыться.
– Э… э… Ага, вот – Андре Ленотр.
Я не удержался от смешка. Андре Ленотр – гениальный садовник, занимался обустройством парка Версальского дворца, а еще раньше разбил сад при замке Во ле Виконт, который принадлежал Николя Фуке, министру финансов Людовика Четырнадцатого.