Женщины в праздничных нарядах стоят за дверью, прислушиваясь и переговариваясь. Девочка Лиора, облаченная в яркое платье с бантом, отворачивается и начинает плакаться: "Мне страшно!". Миловидная молодая женщина успокаивает девочку, но худая пожилая заметает тревогу: "Что именно в порядке?"...
Оставив их у ветхого заросшего травой забора, окружавшего старый потемневший от времени дом, поспешно запрыгнул на своё место. Разве что не крестился, оборачиваясь на нас.
— Ширь-пырь-растопырь, — иронично хмыкнула я, поражаясь полному преображению мужчины.
У особняка Тёрнеров он и пальцем не пошевелил, чтобы помочь женщинам, потребовал тройную оплату, а здесь запрыгал, как блоха на сковородке, лишь бы убраться поскорее. Услышав моё восклицание, мужчина побелел, как мел и хлестнул коня, подгоняя его прочь.
— Он забыл взять оплату! — встрепенулась вдова.
— За счёт фирмы, — отмахнулась я и повернулась к зданию.
Судя по виду, деньги нам нужнее. Мы с дамами смотрели на новое жильё, и у каждой из женщин на лице было написано отчаяние.
— Здесь невозможно жить, — глотая слёзы, прошептала Мэйра и прижала к себе малышку.
Девочка обнимала куклу и, опустив голову, смотрела в землю.
— Жить можно везде, — возразила я. — Человек вообще существо живучее! Или предпочитаете ночевать на улице?
Решительно шагнула к ржавым воротам.
Я попыталась размотать цепь, но она всё не заканчивалась.
— Ёксель-моксель-карамоксель? — возмутилась я. — Почему она такая длинная? Будто тянется, как резиновая!
— Запечатано магией правопорядка, — пояснила леди Тёрнер и вынула ключ. — Отойди.
Она коснулась ржавым ключом цепи, и та съёжилась, как будто была сделана из бумаги и только что сгорела.
— Артефакт⁈ — тихо ахнула вдова и испуганно покосилась на дом. — Так здесь жил колдун?
— Разумеется, — сухо заявила старушка. — Потому здание пустует. Кто решится выкупить такой дом? В конце концов, он отошёл властям.
— Эй, Мэйра! — окликнула я женщину, которая тихонько отступала, прижимая к себе дочь. — Куда лыжи намылила?
— Давайте уйдём отсюда? — испуганно проблеяла та.
"— Не говори глупостей, — осадила её пожилая леди. — Гордость всё, что у нас осталось. Хочешь похоронить остатки репутации семьи Тёрнер?
— Какая репутация? — снова разрыдалась невестка. — Её уже нет! Мой муж арестован!
— Но ещё не осуждён, — упрямо заявила старушка. — Мы должны сохранять присутствие духа и надеяться на лучшее.
— Как долго? — всхлипывала Мэйра. — Сколько мы так продержимся? Ханна уже потеряла разум.
