Женщины в праздничных нарядах стоят за дверью, прислушиваясь и переговариваясь. Девочка Лиора, облаченная в яркое платье с бантом, отворачивается и начинает плакаться: "Мне страшно!". Миловидная молодая женщина успокаивает девочку, но худая пожилая заметает тревогу: "Что именно в порядке?"...
— Мама, давай войдём. Боюсь, ты простудишься. Жаль, что переодеться не во что, все наши вещи промокли.
— Я попробую просушить ваше платье, — несмело предложила Мэйра. — Ваша служанка, конечно, сделала бы это намного быстрее, но Илана права. Вам нужно заботиться о своём здоровье…
— Ты знаешь, как это делать? — искренне удивилась Лиора.
Её мама пригладила мокрые волосы дочери и призналась:
— Мы с твоим отцом познакомились, когда я училась в столичной академии бытовой магии. Но я её не закончила. Вышла замуж и отчислилась.
— И что в итоге? — горько заметила леди Тёрнер. — Все они бесполезнее знаний, которые ты получила на первом курсе. Помогите мне подняться.
Пожилая леди и жена её внука ушли в дом, за ними последовала и Элиза, а вдова посмотрела в сторону ворот.
— Боюсь, что господин Ангрен не вернётся.
Я не сдержалась:
— Крышки-кочерыжки! Говорила же, что он…
— Скорее всего, его арестовали, — она снова вытерла слезы.
— И глушит разум, — в сердцах выпалила я. — Нет, они невыносимы!
Тут уже у меня подвело живот, и я прижала ладонь, ощутив лёгкую дурноту.
— Эта девочка… Она кроме яда хоть чем-нибудь питалась⁈
Понимая, что помощи ждать бесполезно, я посмотрела на траву, буйно разрастающуюся вокруг дома, и сжала в руке ключ, с которым расставалась только в крайних случаях.
Последними я и собиралась воспользоваться, когда спускалась по влажным ступенькам.
Пока я, крадучись, бродила по зарослям, из дома раздавались крики и плач. Кажется, у Мэйры не очень получалось воскресить былые навыки, но я похвалила девочку за попытку. Сначала невестка показалась мне самолюбивой, высокомерной и недалёкой дамой.
Рубанув ключом по траве, я победно воскликнула:
— Попалась!"
"Замотав добычу в мокрую скатерть, нарвала верхних листочков молодой крапивы и отнесла всё это на кухню. Здесь всё влажно блестело, и только артефакт остался сухим. Благодаря пожилой леди, которая держала над ним кастрюлю. Сейчас я смотрела на воду в посуде и размышляла, можно ли считать её питьевой.
— Будто я найду в ближайшем магазине бутилированную, — хмыкнула я.
