О чём книга «Бабье лето»
В одночасье серость и грусть сменяются ярким солнцем и надеждой. Герои ощущают прилив сил, желание жить полной жизнью. История о том, как неожиданное счастье преображает душу и дарует вторую молодость.

Автор
В одночасье серость и грусть сменяются ярким солнцем и надеждой. Герои ощущают прилив сил, желание жить полной жизнью. История о том, как неожиданное счастье преображает душу и дарует вторую молодость.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Бабье лето» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В одночасье серость и грусть сменяются ярким солнцем и надеждой. Герои ощущают прилив сил, желание жить полной жизнью. История о том, как неожиданное счастье преображает душу и дарует вторую молодость.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В одночасье серость и грусть сменяются ярким солнцем и надеждой. Герои ощущают прилив сил, желание жить полной жизнью. История о том, как неожиданное счастье преображает душу и дарует вторую молодость.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Еще неделю назад москвичей изводили нудные затяжные дожди, и вот – на€ тебе, тридцать в тени уже третий день.
Она стояла у молочного прилавка и говорила о чем-то с бойкой девахой с наглыми глазами в белом переднике, продававшей творог. Деваха давала ей на пробу белые слоистые кусочки на вощеной бумаге. Она аккуратно и послушно слизывала предложенное, пару секунд перекатывала творог во рту, потом стояла замерев и качала головой. Деваха раздраженно пожимала плечами. Он подошел к ней сзади, осторожно взял за локоть и прошептал:
– Не у той берете, девушка. Не у той. Эта – точно аферистка. Вон, бабуля тихая, справа, третья в ряду. Та точно не обманет.
Она испуганно застыла, и он видел, как побледнела ее щека. Через долю секунды она обернулась и увидела его. Их лица оказались близко друг от друга – и у него тяжело и гулко забухало сердце.
– Ой, – почти пискнула она, – это ты? Господи, а я так испугалась. – Она поправила очки на переносице, снова отерла ладонью вспотевший лоб и пробормотала: – Господи, Андрюшка, ты! Сколько лет, сколько…
– …зим, – добавил он почти весело. Это ему удалось.
– Как ты, что ты, где ты? – говорила она быстро.
– Ну как так – на ходу? – остановил он ее и засмеялся: – Так дела не делаются.
– Ну, да, да, – сказала она смущенно. – Это верно, верно, вот так, на ходу, неправильно. Ты прав.
– Так пойдем поскорей отсюда, где-нибудь сядем наконец, что-нибудь выпьем, а, Тань? – Он взял ее под локоть и повел к выходу.
– Постой, а творог? Андрюш, я же не купила, а? – встревоженно проговорила она. – У меня же муж в больнице, как же я без творога?
– Танечка, – сказал он твердо и уверенно, – творог в такую жару на рынке покупать опасно для жизни. И потом, детка, творог надо делать самой. Самой, слышишь? Три литра молока и литр кефира, а, Тань? Это и чище и полезнее. Согласна? Ну пойдем, пойдем, Танечка. Все равно до больницы не довезешь, скиснет. Точно скиснет.
– Что же делать? – совсем растерялась она.
Они вышли на улицу. Их обдал жаром воздух раскаленного города.
– Ну, двинули, а, Тань? – спросил он и повел ее к автостоянке. – Ничего, сейчас кондей включим, придем в себя, да, Танечка?
Она остановилась, сняла очки и удивленно сказала ему:
– Ты что, Андрюша, со мной, как с ребенком, разговариваешь?! Или как с дурочкой?!
Теперь смутился он:
– Ну что ты, Тань! Что ты! Тебе показалось. Просто от жары мозги плавятся.
И подумал: «А норов-то остался. Никуда не делся норов!» И он увидел ее – прежнюю – мягкую, тихую, податливую, но если дело доходило до споров-разговоров, тут уж извините. Тверже скалы не было.
Они подошли к его машине, он звякнул брелком – дверцы открылись.
– Прошу вас, мадам! – Он шутовски наклонил голову и открыл ей дверцу.
– Ничего себе, – покачала она головой, оглядывая его «Кайен».