Автор
Женщина зовут Нина Ивановна — обычный человек в глазах окружающих. Ее жизнь протекает спокойно, но она не ждет подарков от судьбы. Внутри, у Нины идут разговоры о том, что она должна сама строить свой успех, а не надеяться на чудеса или благодеяния. Её характер подобен скале, стойкий и упорный, но скрытый глубоким внутренним миром....
– Похоже, – хамовато, с пренебрежением буркнула Тата.
– Невозможно пройти мимо этой красоты – Модильяни обожаю.
Тата передернула плечом: и что, мол, с того?
– Я вас провожу? – полуспросил он.
Вместе вышли из метро, до дома было недалеко. Донес сумку, без умолку болтал. Она слушала вполуха, но согласилась в субботу увидеться. В голове топталась мамина фраза: «Замуж надо выходить в институте. Дальше – тишина». Поужинав, вместо родного дивана и «Иностранки» не поленилась и поднялась к соседке – искусствоведше Аллочке.
Модильяни Тате не понравился, но справедливости ради она отметила, что сходство точно есть: небольшие головы, удлиненные лица и носы, узковатые глаза, длинные шеи и тонкие талии, а главное, главное – основные Татины забота и расстройство – тяжелый низ и полноватые ноги. Вздохнула. Полистала альбом и пожалела, что не походит на румяных, очаровательных и белолицых дам Ренуара, вот они какие – милые, славные.
На свидание в субботу Тата пришла нарядная – синяя в белый горох юбка, белый пиджачок. Мать ее, Нонна Павловна, одна из лучших закройщиц Москвы. Уж про дочку-то не забудет! Рядом с Татой Борис совсем потерялся, смотрелся затрапезно и нелепо.
Господи! На первое свидание явился в почти тренировочном костюме, а сверху кошмарный, рыжего цвета пиджак из дерматина.
Мастерская на Сретенке поразила Тату своими размерами, высотой потолков, полуподвальной прохладой и огромной гипсовой головой вождя, стоящей при входе.
