О чём книга «Бабье лето»
В одночасье серость и грусть сменяются ярким солнцем и надеждой. Герои ощущают прилив сил, желание жить полной жизнью. История о том, как неожиданное счастье преображает душу и дарует вторую молодость.

Автор
В одночасье серость и грусть сменяются ярким солнцем и надеждой. Герои ощущают прилив сил, желание жить полной жизнью. История о том, как неожиданное счастье преображает душу и дарует вторую молодость.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Бабье лето» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В одночасье серость и грусть сменяются ярким солнцем и надеждой. Герои ощущают прилив сил, желание жить полной жизнью. История о том, как неожиданное счастье преображает душу и дарует вторую молодость.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В одночасье серость и грусть сменяются ярким солнцем и надеждой. Герои ощущают прилив сил, желание жить полной жизнью. История о том, как неожиданное счастье преображает душу и дарует вторую молодость.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Долго болтали обо всем, стоя под моросящим дождем. Болтала в основном Леночка – она недавно гостила в Америке у сына, успешного керамиста. Говорила, что дети зовут ее переехать насовсем, что и невестка неплохая девочка, но быть приживалкой не хочется. Потом еще что-то вспоминали из прежней жизни. Вдруг Леночка рассмеялась и сказала:
– Ну а эта парочка твоя – голубки, ну просто умора!
– Ты о ком? – не поняла Тата.
– Как о ком, об этой твоей крокодилице, Наташке, или, как вы ее там называли, Муси-Пуси?
– И что, ты ее видела? – напряглась Тата. – Как она? У нее все в порядке?"
"– Еще в каком! Я видела ее не один раз. – Но, поняв, что Тата не в курсе, подумала с минуту, стоит ли говорить, а потом все же сказала: – Ну ты даешь, она же за твоего художника, за Борьку, замуж вышла. Ты правда не знала? Он теперь такой импозантный стал, зубы сделал, в клетчатых пиджаках, с косыночкой на шее ходит, ботиночки за триста долларов таскает, на «Мерседесе» рассекает. Дом у них на Лонг-Айленде, неслабый райончик, а галерею она ему на Манхэттене купила. А сама как была эта твоя Пуся «красавицей», так и осталась. Даже Америка не очень помогла. Но баба с мозгами, будь здоров! – И, заметив Татино растерянное лицо, Леночка смущенно протянула: – Ну извини, я думала, ты в курсе, зря я, наверное.
Дома с мамой начали охать-ахать – переваривать. Вот теперь-то и объяснилось Пуськино исчезновение, все четко встало на свои места.
– Ну, Пуська! – все никак не могла успокоиться Тата.
– Да ладно тебе, хоть на старости лет мужика понюхала, порадуйся за подругу, – говорила Нонна Павловна, – хотя если, конечно, «это» можно назвать мужиком. Но она у тебя никого не отбивала и не уводила. Во как этому шаромыжнику повезло! На такое богатство!
Это задевало Нонну Павловну больше всего.
– Да ладно, мам, неизвестно еще, повезло или нет, кто там знает.
И, укладываясь спать, Тата вдруг так расхохоталась, что мать прибежала из своей комнаты.
– Ты что, с ума сошла от радости, что твой дурак в надежных руках? – спросила Нонна Павловна.
– Нет, мам, просто подумала: завтра Люке позвоню, расскажу, вот уж посмеемся.
А мать, качая головой, пошла к себе, приговаривая при этом:
– Просто триумвират какой-то, прости господи! – вкладывая в это, видимо, что-то свое.
Блеф
Конверт из ящика достала мама, возвращаясь с Рокки с вечерней прогулки. Снимая пальто и сапоги, она протянула его Ирине.
– Тебе, – сказала она и с любопытством посмотрела на дочь.
Ирина взяла конверт в руки, повертела его и наконец надорвала. Внутри лежала стандартная открытка. Ирина пробежала по ней глазами, равнодушно бросила на тумбочку и пошла в свою комнату.
– От кого? – крикнула вслед мать.
– Прочти, – не оборачиваясь, бросила Ирина.
Мать взяла открытку в руки.