Автор
Женщина зовут Нина Ивановна — обычный человек в глазах окружающих. Ее жизнь протекает спокойно, но она не ждет подарков от судьбы. Внутри, у Нины идут разговоры о том, что она должна сама строить свой успех, а не надеяться на чудеса или благодеяния. Её характер подобен скале, стойкий и упорный, но скрытый глубоким внутренним миром.
На шашлыки и баньку.
Она кивнула.
– А на каникулах будем много есть, много спать и смотреть телевизор – старые фильмы про любовь, идиотские юмористические передачи. Просто валяться, пожирать оливье и смотреть дурацкий телевизор.
Она улыбнулась и абсолютно искренне сказала:
– Лучше этого ничего не придумаешь! – Такая программа показалась ей восхитительной.
Он взял ее лицо в свои ладони и стал целовать – очень нежно и очень осторожно.
– Слушай! – тихо сказала она. – Ты ведь, наверное, голодный?
– Как сто волков, – подтвердил он. – Ты ведь знаешь, я всегда голодный как сто волков.
– Ну, тогда, – вздохнула она, – идем ко мне ужинать. У нас сегодня грибной суп и капустный пирог.
– Фантастика! – Влад сглотнул слюну.
– Слушай, а тебе нужна такая врунья и мелкая аферистка? – спросила она.
Влад внимательно посмотрел на нее и серьезно, без улыбки кивнул.
Они взялись за руки, поднялись по ступенькам и нажали кнопку лифта.
Лифт остановился на шестом этаже. На площадке восхитительно пахло белыми грибами.
Второе дыхание
Проживать каждый день, просто обычный день, было все труднее и труднее. Усталость, накопившаяся за все последние годы, словно накрыла Киру тяжелым, мокрым и душным сугробом. Накрыла всю – с головы до пят, так, что опустились плечи, повисли руки, и ноги еле шли, почти не отрываясь от земли. Голова болела почти каждый день.
И совсем, ну просто совсем не было сил. Подруга Майка, бывший доктор, а ныне успешный риелтор, не уставала давать советы. Диагноз звучал так: истощение нервной системы и астено-депрессивный синдром. Кира почитала в Интернете: да, похоже, Майка права, мастерство не пропьешь. Срочно нужен был хороший невролог, а еще лучше психиатр. Но последнего Кира боялась до дрожи. В голове тут же становились в ряд слова «психушка», «аминазин» и «смирительная рубашка». Майка терпеливо объясняла, что все это полный бред, рожденный в советские времена, сейчас полно прекрасных препаратов, поднимают буквально за несколько дней. Но все же остановились на неврологе.
Майка, конечно, врача и откопала. Работал он на Пироговке в старом облезлом корпусе, и внешний вид эскулапа совершенно не вязался с убогостью его места службы. Выглядел он как типичный доктор из зарубежных сериалов: чистенький, подтянутый, с хорошей стрижкой и в модных очках. Голубой халат, яркий галстук и дорогие ботинки. Кира посмотрела на него и усмехнулась. Как потом оказалось, зря."
"Доктор усадил Киру в кресло, предложил чаю и зажег настольную лампу с малиновым абажуром.
