Романтическая связь Евлампии Романовой с Максом Вульфом приводит к переезду в Мопсино. Неожиданные события заставляют героиню разбираться в детективных загадках, связанные с бывшим прокурором и загадочным преступником Медведевым.
Он взял мобильный, в одну секунду разобрал его, выхватил из кучи деталей какую-то кнопку и возликовал.
– Нашел! Видишь? Что это?
– Потроха телефончика, – растерялась я.
– «Жучок»! – гаркнул Максик. – Некто снабдил тебя прослушкой.
– Я серьезен, как политик, обещающий народу светлое будущее, – сказал он. – Где ты оставляла аппарат?
Я погрозила ему пальцем:
– Пукающие подушки, пластиковые мухи, спрятанные в куске рафинада, исчезающие чернила, отрубленные пальцы из силикона. Ты большой мастер на развод, повеселился, и хватит. Собери телефон и послушай, что я расскажу.
Максим вынул из кармана авторучку и поднес к пупочке, она стала мелко подрагивать.
– Сейчас ты видишь «Эру» – портативный аппарат для обнаружения электронных шпионов. Это новейшая разработка, стоит офигенных денег, но они окупаются. Не имею ни малейшего желания шутить. Когда я прошел мимо стула с твоими шмотками, «Эра» среагировала. Постарайся вспомнить, где оставляла телефон без присмотра.
– Он всегда при мне, – растерялась я. – А как долго устанавливать «жучок»?
Макс приколист, но он знает меру и сейчас выглядел очень озабоченным.
– Спецу достаточно нескольких секунд, любитель провозится дольше, но и ему пяти минут за глаза хватит, – вздохнул Вульф.
– Ресторан! – осенило меня. – Я слопала, следуя твоему гнусному совету, папироли и бросилась в туалет. Сотовый остался на столе, мне было не до него. Под подозрением двое: Арсений Леонидович и официант.
– Забудь про лакея, – процедил Макс, внимательно изучая «кнопку», – однако, дорогая вещь. Умеют, собаки, электронику клепать. Даже в нашем офисе такого нет.
– Вот почему Сеня настойчиво приглашал меня поужинать. Он хотел пристроить прослушку, – грустно констатировала я. – Представляю его радость, когда я унеслась в сортир.
Макс обнял меня и начал гладить по голове:
– Ничего, не плачь, вырастешь – поймешь: мужики – сволочи. Думаешь, он тобой заинтересовался, трясется от страсти, роняет слюни, а подлец – шпиён германский, хочет партизан в лесу найти.
Я вывернулась из его рук:
– Детский сад, – покачал головой Макс. – Садись и излагай события. Сейчас папа покумекает и сообразит, во что Лампа вляпалась. Наверное, ненароком потоптала чужой огород, вот на Сивку-бурку капкан и наточили. Говори медленно, вспомни все детали, даже те, что тебе самой показались незначительными.
Я говорила без умолку больше двух часов.
– Знаешь, какой вопрос приходит на ум первым? – произнес Максим, когда фонтан информации иссяк.
