Bad Therapy: Why the Kids Aren't Growing Up — читать онлайн бесплатно полностью

Нет никаких доказательств того, что даже люди, пережившие самые тяжелые травмы, хранят воспоминания в неявном виде или что эти воспоминания могут храниться вне центральной нервной системы.

Идея о том, что мы носим в своем теле травмы наших молодых - и уж тем более травмы наших предков, - может оказаться пиар-кампанией в поисках товара. Академический психолог Мартин Селигман, лауреат премии APA за пожизненный вклад в психологию, так проанализировал и обобщил исследования, посвященные детским травмам: ""Основные травмы детства могут оказывать некоторое влияние на личность взрослого человека, но это влияние едва уловимо. . . . Согласно этим исследованиям, нет никаких оснований винить в своей взрослой депрессии, тревожности, неудачном браке, употреблении наркотиков, сексуальных проблемах, безработице, избиении детей, алкоголизме или гневе то, что случилось с вами в детстве.""

В то же время многие мои друзья были абсолютно убеждены в идее, к которой я относилась все более подозрительно: что на наших телах незримо татуируются травмы. Что любое резкое слово, произнесенное нами, или наказание, назначенное нашим детям, - любой момент, когда мы позволяли им сомневаться в нашем одобрении, - оставляли неизгладимые эмоциональные шрамы. И, что самое сомнительное, что детям помогают учителя, которые относятся к ним так, будто они недавно выжили в окопах Вердена.

Дети начальной школы не являются ветеранами боевых действий

В 2001 году ван дер Колк помог основать Национальную сеть по борьбе с детским травматическим стрессом, которая сегодня насчитывает более 150 центров по всей стране. Сеть создала программы, учитывающие травму, в школах, системах ювенальной юстиции и органах социального обеспечения детей, а также помогла привлечь в классы ""учителей, чувствительных к травме"".

Сеть Ван дер Колка научила целое поколение учителей рассуждать на основе снимков мозга людей, страдающих посттравматическим стрессовым расстройством, и детей с неблагоприятным детским опытом. ""Наша цель во всех этих усилиях - перевести науку о мозге в повседневную практику"", - пишет он

Но это не работает. По мнению Джеймса Макго, заслуженного профессора нейробиологии Калифорнийского университета в Ирвайне, ошибочно переводить рассуждения с жертв ПТСР, переживших травматическое событие, на детей, которые растут в ужасных условиях. С точки зрения нейронауки, это совершенно разные явления. ""Он смешивает условия, возникающие при формировании эмоционального переживания, с условиями продолжительной травмы"", - сказал мне Макгоу о ван дер Колке.