Автор
В зале ламандского вирджинале тишина царила, словно прерываемая лишь легким шелестом пергамента между страницами. Особняк библиотеки погрузился во мрак, но свет пламени в маленьком камине ярко освещал фигуру агента А. К. Л. Пендергаста, склонившегося над древним манускриптом. Его взгляд ожесточенно пронзил тишину, пока он с силой хватил стакан ночной темноты полдня....
Теперь я уверен: он затаился в ожидании. Логичнее всего было бы замереть у самого входа в эти туннели. Итак, вот, как мы поступим: я пойду первым. Он атакует. И когда он это сделает, я отвлеку его, пока ты пробежишь мимо. Мне придется быть в арьергарде.
— Ты прекрасно знаешь, что я не оставлю тебя.
— Если так, мы оба погибнем. Пожалуйста, сделай так, как я тебе сказал.
— У меня есть стилет.
— Дай его мне.
Она вытащила нож из складок своего платья и протянула ему.
— Дай мне обещание: ты пробежишь мимо и ни за что не остановишься.
— Хорошо, — солгала она.
Затем, как только Констанс собралась идти вперед, он замешкался.
— В чем дело? — спросила она.
— Это чертовски неудобный момент, чтобы сказать тебе это, но это должно быть произнесено.
Она почувствовала, как ее сердце забилось чаще.
— Ты должна подготовиться к противостоянию, Констанс.
— Я готова.
Он сделал небольшую паузу.
— Нет. Не к этому противостоянию. К другому.
— Я не понимаю.
— Если что-то случится со мной… ничего не предпринимай.
— Что ты имеешь в виду?
Пендергаст замер в темноте.
— Здесь кто-то был. Кто-то, кого, боюсь, я — мы — знаем очень хорошо.
В темноте Констанс ощутила пробежавший по ее спине холодок.
— Кто? — но по одному его тону она уже догадалась, кого именно он имел в виду. Холод внезапно сменился волной жара.
— Я обнаружил, что, что оковы существа и замок его тюремной двери были взломаны. Очень умно и незаметно. Зачем? Здесь есть извращенная логика… и я слишком уверен, что знаю, что это за логика.
— Это имеет отношение к той фигуре на дюнах?
Пендергаст помедлил с ответом.
— Да, но нет времени объяснять. Пожалуйста, послушай. Я полностью доверяю Проктору. Если со мной что-то случится, доверься ему. Он станет для тебя всем тем, что и я сейчас, будет твоим опекуном и защитником. И, я повторяю: неважно, что случится со мной, неважно, как это будет выглядеть… ничего не предпринимай.
— Но, Алоизий… — начала она, однако замолчала, когда вновь почувствовала, как его палец касается ее губ.
Пендергаст сжал ее руку и направил, чтобы она продолжила идти дальше по туннелю.
60
Они продолжали свой запутанный путь — поворот за поворотом. Через некоторое время Констанс заметила, что воздух стал прохладнее, и в нем словно появилось какое-то движение: они, должно быть, подобрались очень близко к выходу. Однако, становясь свежее, воздух приобретал одновременно и странный неприятный запах — такой же неприятный запах исходил и от чудища.
