В Нижневартовске я вместе со своими коллегами из лаборатории исследовал факелы попутного газа. Этот проект закончился скандалом и сменой руководства, включая нашего краснодарского начальника. В воздухе висела атмосфера опасности и неизведанных возможностей Северного шахтерского поля....
Сами знаете, да и во Фрейде напечатано — хрен знает чего только во сне не привидится.
Владимир Ильич, однако, не обиделся, а кивает мне на Брежнева. "" Знаешь, — говорит, — Сережа, проект был — во!! Но сам понимаешь, с таким представителем заказчика… Конечно, получается пока не очень. Вот и с закуской. Но если б все было по исходным чертежам!""
Лёка дольше стрелку переводит: ""Понимаешь, — мол, — Серега! Я со своей стороны — что могу! Но при таких подрядчиках… ничего не хотят делать по-человечески"".
Ну, с Алексеем Ильичом мы по жизни на Вы.
А тогда очень были не по душе ему мои замеры факелов, чуяло сердце будущие неприятности, и из Нижневартовска он меня, можно сказать, что выживал. Но тут, во сне, и он ко мне на ты. ""Эх, — говорит, — Сережа, если б ты видел проект!!"" Мне, правду сказать, и во сне так от всех этих скользких разговоров страшновато стало, что я от ужаса проснулся, пока Феликс Эдмундович или еще кто вроде не пришел. Проснулся — ни Феликса, ни моих недавних гостей, троих Ильичей нету.
Я его разбудил и тут же изложил свой жуткий сон. Он, конечно, не поверил. Говорит: ""Это все ваши московские диссидентские штучки!"" Сам-то он из Донецка приехал, как и Иосиф.
Но когда тот проснулся, мы ему эту историю уже на два голоса рассказывали. Да и потом, когда эта байка расказывалась в компании, она так и именовалась ""Сон о трех Ильичах"".
Зачем я это вспомнил? Не хочу ли, часом, Застой разоблачить?
Да ну, что Вы?
Что ж тут разоблачать? Лучшее время моей жизни. Мой младший братик вообще определяет Застой, как ""период, когда стояло практически непрерывно"". Дак ведь и у меня все было хорошо — и в работе, и в любви, и в дружбе. Немного ведь за тридцать перевалило."
"Просто вот — вспомнился забавный эпизод. Дай, думаю, людям расскажу. Это, однако, присказка.
