Цена невысокая, удобства в номере и даже какая-никакая охрана прилагается. Вполне можно смириться с ванной комнатой в конце коридора, главное, что в самих коридорах спокойно. И если вдруг она станет чуть богаче, то лучше потратит деньги на запуск своего дела, нежели будет переплачивать за более престижное жилье, где, в общем-то, только ночует.
– Но скоро начнется учеба в твоей академии. И тебя, такую красивую, сразу замуж заберут, – вздохнула шитера.
– Ну уж нет! Замуж я так быстро... не дамся, – хихикнула Хелен. – Да и ректору обещала, что до получения диплома замуж не убегу. К тому же не забывайте, что у знати Огерта ценится не красота невесты, а приданное и возможности ее семьи. И этим я точно не могу похвастаться. Так что не переживайте, замужество мне не грозит так скоро.
Шелли облегченно вздохнула, но затем спохватилась и извинилась перед человечкой. Но та только отмахнулась.
И подняла народ на новую порцию танцев, а то засиделись уже. Да и музыканты клевали носом в своем углу. Кроме вальса Хелен познакомила шитеров еще с парочкой парных танцев, которые, очевидно, наиболее нравились прежней баронессе.
К деловым разговорам больше не возвращались. Шитерам нужно привыкнуть к новой идее, а самой Хелен еще раз всё внимательно обдумать и пересчитать.
""Хорошо, что я могу пока тренироваться на чужой столовой"" – радовалась девушка. Воспоминания о таверне матери почему-то затерялись в памяти. Для прошлой Хелен вынужденная работа в придорожном заведении была самой черной полосой в ее недолгой жизни. Поэтому всё, к ней относящееся, было словно задвинуто куда подальше, в дальние уголки памяти. Да и не вдавалась прошлая Хелен в детали того бизнеса, лишь молча и не вдумываясь вела учетные книги да помогала при необходимости с простой работой на кухне или еще реже в зале. Поэтому, к сожалению, нынешняя Хелен не особо понимала, как бывшей баронессе Кристен Бальмануг удавалось вполне успешно вести дела в том диком краю.
Однако этот веселый вечер пора было заканчивать, коли на часах уже за полночь. Первой сдалась уставшая Хелен, которая ног своих не чувствовала. Шитеры вполне возможно могли танцевать до утра, причем более энергичные танцы, но уступили баронессочке и пошли ее провожать. Ведь по этикету кавалер должен проводить даму.
Они прошмыгнули через пустую, уже спящую столовую, где давно был выключен свет, и похихикивая вошли в фойе гостиницы. И запнулись, разом смолкнув.
За стойкой ресепшена рядом с другим шитером стоял и сверлил их тяжелым взглядом Шан. И когда он только приехал?!
И почему он так рассержен? Почему гневно раздувает ноздрями своего чуть сплющенного носа?
И... словно еще что-то происходило.