Автор
В старой вишенковой комнатах жилы кровати и диванов уже подгнили, но по Варенке Лыковой ощущалась прежняя жизнь. Здесь звучали смех и шум веселых компаний сыновей, пока они не ушли в офицерскую службу. Теперь только пустые комнаты смотрят на мир через щели заколоченных окон. Начало нового века принесло несправедливость: друзья сыновей стали криминальными авторитетами, а дом превратился в тайный заседательный орган "Банды Кольки-куна"....
— Так велика у них ненависть к правительству? — спросил с заминкой Витте. Никто ему не ответил, и тогда градоначальник задал следующий вопрос:
— А куда сбывали взрывчатку?
— Пока не выяснили, Владимир Александрович, — впервые заговорил Герасимов. — Ротмистр Комиссаров только начал дознание. Уже известно, что мелинит охотно покупали террористы из партии активного сопротивления Финляндии.
— Ого! Это же под боком у столицы.
— Думаю, что и поляки в числе скупщиков, и кавказцы, — продолжил начальник ПОО. — Будем разбираться.
Все в кабинете, как один, перекрестились.
— Надо сообщить об этом государю, — пробормотал Трепов. Он покосился на телефонный аппарат.
— Да, Алексей Николаевич, — сказал сыщику в спину генерал-майор. — Спасибо, конечно, за ваше открытие. Я упомяну в рапорте Его Величеству. Но Кольки-куна вы так и не нашли.
— Не нашел, Дмитрий Федорович, — согласился Лыков.
— Так найдите!
— Слушаюсь.
В коридоре подполковник хмыкнул:
— Разорвись надвое, спросят: почему не начетверо? Вы всю Охту спасли, а им мало.
— Служба у нас с вами такая, Александр Васильевич, — примирительно ответил сыщик.
Комиссаров с любопытством разглядывал Лыкова из-под синих очков.
— Что такое, Михаил Степанович? — удивился тот. — Вроде бы узоров на мне нет.
— Как вы можете мириться с такой несправедливостью? Орден вам надо давать, а они…
Коллежский советник и подполковник одновременно рассмеялись. Герасимов хлопнул помощника по плечу:
— Послужите с наше в секретных службах и поймете. Тут голову бы уберечь. А ордена всегда получает начальство."
"— Я так не согласен, — заявил ротмистр.
На этой ноте сыщик расстался с жандармами. Ему действительно некогда было праздновать. Ну, открыл опасную шайку. Ну, Охту спас. А Кольку-куна кто станет ловить, Баратынский?
Азвестопуло вновь оделся подобающе и отправился в Новый Петергоф. Там на окраине города, в бывшей деревне Луизино, квартировал 148-й пехотный Каспийский имени великой княжны Анастасии Николаевны полк. Основной кадр каспийцев тоже был на войне, в Маньчжурии.
