В маленьком городе Банда в законе – это не просто серия гангстерских схваток, но мрачное зеркало душ людей: от тайны убийства до скрытых страданий. Здесь каждый день приносит свои печали и радости, где даже миллиона денег кажутся ничтожными рядом со страстью к самому происходящему....
Глава 71
Об ИВС – изоляторе временного содержания, расположенном в центре города, – ходили разные слухи и домыслы, не имеющие ничего общего с действительностью. Непонятно, откуда что бралось – рассказывали, что в нем забивали до смерти, пытали электрошоком, душили, насиловали, резали ножами…
На самом деле ИВС представляет собой душный, приторно-вонючий подвал, с длинным узким коридором и парой десятков камер, по идее, рассчитанных на три человека, в реальности же вмещающих гораздо больше. Везде горят лампочки, забранные стальными решетчатыми плафонами.
Клетушка-камера с большим ведром-парашей в углу превращается в печь: дышать нечем, людей много, да еще лампочка под потолком выжигает остатки прохлады. Она горит постоянно, так что у новичков есть шанс попрактиковаться спать при включенном свете. Два раза в день – туалет, до которого непременно нужно терпеть: попробуй «сиделец» в такой духоте сходить «по-большому»… Сокамерники не одобрят.
Хабаров, на удивление, попал в относительно свободную «хату» – нары с ним делил старик пенсионного возраста и напуганный пацан лет двадцати, боящийся закрыть глаза. Очнувшись, Стас не сразу понял, где находится, – голова неохотно слушалась после удара, – вспомнив, загрустил: достойное завершение благих намерений… Инициатива наказуема, доказано на практике не один раз.
– За что, сынок? – Старик придвинулся поближе.
– За дело. Спи.
– Это ты правильно… – В голосе сокамерника звучало одобрение. – Нечего языком молоть, «суки» не дремлют. – Он лег. – А меня просто так: один раз в шестидесятых украл, теперь как что – Сухоруков! Где был, что делал…
Загремел засов. Дверь со скрипом открылась:
– Хабаров, на выход. – Стас неохотно слез с нар. – Лицом к стене!
– Куда?
– На допрос, к следователю. – Молодой сержант-конвоир закрыл дверь.
Они прошли по низкому коридору до конца, свернули налево. Здесь расположились деревянные столы и такие же лавки, насмерть прикрученные к бетонному полу. За одним из столов сидели Поспелов и Александр Александрович.
– О, какие люди! – Хабаров, ерничая, развалился напротив. – А я понадеялся, что не свидимся!
– Думаешь, удачное время острить? – серьезно спросил Рома. – Совсем начхать на остаток жизни?
– Что остается? – Стас отвернулся.
