Жанр
В подмосковном городке бандиты Крота решили уничтожить семью спецназовца Алексея Громова. Это действие спровоцировало ответную реакцию, и теперь бандитам предстоит разобраться с последствиями своих действий. Начинается напряженная игра, где за право выжить будут бороться за жизнь и свободу.
Раздел Chitat.online для книги «Бандитский век короток» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В подмосковном городке бандиты Крота решили уничтожить семью спецназовца Алексея Громова. Это действие спровоцировало ответную реакцию, и теперь бандитам предстоит разобраться с последствиями своих действий. Начинается напряженная игра, где за право выжить будут бороться за жизнь и свободу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Борис Иванович Шпилев Легкое чтение Детективы Триллеры подборки серии
В подмосковном городке бандиты Крота решили уничтожить семью спецназовца Алексея Громова. Это действие спровоцировало ответную реакцию, и теперь бандитам предстоит разобраться с последствиями своих действий. Начинается напряженная игра, где за право выжить будут бороться за жизнь и свободу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Дверь домика отворилась, и на лежащего Грома упал неровный желтый прямоугольник света. Он с трудом поднял голову, увидев склонившееся над ним лицо ангела с удивительно знакомыми, огромными серыми глазами.
— Я не успел… Он ушёл, гад, — сказал Гром и заплакал, проваливаясь в омут серых глаз.
А Глеб Федорович Тихомиров в это время тоже плакал, только на другом конце города. Заливался пьяными слезами, раскачиваясь над пивной кружкой, сидя за грязным столиком в какой-то забегаловке. Страх терзал больное сердце Глеба Федоровича, холодный и липкий СТРАХ СМЕРТИ.
Тихомиров с пьяной обидой вспомнил, как шарахнулся от него, словно от зачумленного, Крот, когда Глеб Федорович с утра приехал к нему на дачу в надежде отсидеться за крепкими стенами, переждать страшное двенадцатое.
— Езжай домой и ни о чём не волнуйся, — фальшиво-участливым голосом сказал ему Крот. — Охрану свою, личную, тебе к подъезду поставлю. Муха не проскочит. А здесь тебе оставаться нельзя.
— Нельзя, значит… Козёл! — прорычал Тихомиров и трахнул кулаком по столу так, что мирно дремавший за соседним столиком мужичонка подпрыгнул, а доверху налитая коньяком пивная кружка, стоящая перед Глебом Федоровичем, опрокинулась и залила его дорогое английское пальто.
Тихомиров разозлился бы ещё сильнее, если бы знал, что после его отъезда Федор Петрович Кротов позвонил по одному только ему известному телефону и сказал в трубку:
— Поставь охрану к дому Тихомирова. Когда за ним придёт этот… Гром, — на этом слове Крот поперхнулся, — впусти, не мешай. А вот когда будет выходить, тогда и кончишь его. И ментов подключи, которые попонятливей.
Но Глеб Федорович ничего не знал об этом разговоре, поэтому не рассердился, а только расстроился из-за пролитой кружки. Он вышел из пивнушки и побрел по темным улицам. Злой ветер выл и смеялся над ним на разные голоса.
Огнём жгли старые, заштопанные, чисто выстиранные простыни. Горячий воздух расплавленным свинцом лился в лёгкие. Больно, больно… В левое плечо кто-то загнал раскаленный прут и усердно раскачивал туда-сюда.
Тело отчаянно хотело потеть, глаза хотели плакать, но влага ушла из Грома, и он метался в сухом жару на старой кровати, падал в огненную тьму.
И когда он упал на раскаленное железное дно ада и разбился о него вдребезги, к нему пришел человек с черным лицом и красными глазами. Он уселся в высокое, резное кресло и, смакуя, маленькими глоточками пил холодную пузырящуюся минералку из высокого хрустального бокала.
— Хочешь? — густым тяжелым басом спросил он у Грома и протянул ему бокал…
Боже, как хотелось Алексею схватить запотевший бокал и пить… Он облизнул кровящие, потрескавшиеся губы и покачал головой, потому что брать бокал было никак нельзя.
