"
"— Это нужно будет вылить в корыта с водой, — пояснил сержант, — Всё сразу не лей. Как сказал Вернон, достаточно нескольких капель. Сам понимаешь, чем больше лошадей уберём, тем лучше для нас, — Бернард замолчал и пристально посмотрел на меня, — Ты вообще в порядке? Готов?
Я молча кивнул.
— Хорошо. Тогда держись рядом со мной и постарайся не высовываться. Скажу замереть — замри. Скажу упасть — падай. Встать на руки — выполняй незамедлительно и без вопросов. Это понятно?
— Да.
— Хорошо, — Бернард вытащил кинжал из ножен, поплотнее запахнулся плащ и махнул рукой в сторону частокола, — Тогда пошли.
Глава 19 «Диверсия»
Верёвка, с тихим шуршанием скользнула в темноту. Послышался едва различимый удар металла о дерево. Крюк впился в подгнившие брёвна частокола. Бернард, вжавшийся в стену выждал ещё несколько секунд, проверяя не поднимет ли тревогу кто-нибудь с той стороны. Но ответом ему была лишь глухая, тяжелая тишина, нарушаемая лишь скрипом полуоткрытой ставни да едва слышным шелестом вновь начавшегося дождя. Капитан поплотнее натянул на лицо тёмную маску, надвинул на глаза капюшон. Кивнул мне, мол, жди, и ловко, словно кошка, полез наверх. Было видно, что заниматься этим ему приходится не в первый раз.
Я принялся ждать сигнала. Прошла минута. Другая. Третья. Шелестел дождь. Стражники на воротах о чём-то тихо беседовали. До меня долетали лишь обрывки фраз, по которым едва удавалось понять о чем идёт речь
— Мика сказал, вчера снова приходили, — глухо бросил первый, громко откашлявшись.
— Ага. Забрали всех. Суки. А нам, значица, нужно к началу следующей седмицы (недели) новых как-то изловить.
— Ага, как же, — отрезал первый, — Они теперь будут осторожничать. Вон, Мика тебе не рассказал что они наняли каких-то разбойников. Для охранения, стал быть. А во главе у них чародей. Или чародейка. Хер понимаешь, его разберёт. Он то одним обликом оборачивается, то другим.
— Да брешет твой Мика. Пугает. Ты своей головой подумай хоть немного, — раздражённо бросил второй, — Он же из этих. Из деревенских. Откель ты знаешь. Мож просекли, что он с Динкой твоей сношается. Да и сказали, мол, не набрешешь им. Не напугаешь, так яйцы тебе отрежем. Поглядим, значица, как ты без них справишься. Ну вот он и заливает.
— Я сейчас зубы тебе пересчитаю, если ты ещё раз про Динку такое… — рявкнул первый, явно намереваясь съездить по зубам своему товарищу, но быстро остыл и добавил, — Я тож поначалу супротив был. Да что сделать то мог, ежели у них такая большая лябовь.
— Лябовь, лябовью, а человек обо всём забывает, ежели ему нож к мужскому естеству приставить, — флегматично заметил второй, — Да и к тому же, где это видано, чтоб по миру шастали чародеи. Их же орден, всех повывел.
— Этот, говаривают, пришёл откуда-то с севера.