Жанр
В узком тесном вагоне, под низкой сводчатой крышей, высиживают себя четыре простых человека: крестьянин со скромной повозкой, торговец с лавки гумана, и два парня из местных. Они наедаются жвачкой и молча наблюдают за дымком далекой дороги, словно там скрываются надежды или испуги. Вокруг — бескрайние поля и небо с огромными звездами, прорезающими череду деревьев. Каждый миг впереди полна неопределенности и опасностей....
Что-то невнятно булькнула. А затем её тело содрогнулось от спазма. Девушку начало рвать. Прямо на седло. Коня. Собственную одежду. И меня. Продолжалось это минуту. А может две. Мне надо было бы отодвинуться. Как-то отстраниться, чтобы не уделаться самому. Надо бы, но не хотелось. Я слишком устал. Да и честно сказать, так ли уж это было важно? Главное, что вышло. Вышло дать отпор, этой чёртовой суке, которая с таким упорством пыталась заползти в наши мозги. Получилось вырвать её из лап врага.
— Зря… — прохрипела она, пытаясь снова распрямиться в седле, — Зря я всё-таки допила ту бутылку…
Девушка обмякла, и снова начала заваливаться на бок.
Рядом ехал Бернард. На его рубахе добавилось отметин. Широкий разрез позади, тянущийся через всю спину, под которым виднелась полоска крови. Ссадина на щеке и разорванный до самого плеча рукав.
— Догнала нас пара особо ретивых говнюков, — пояснил он, увидев мой вопросительный взгляд, — Пришлось им объяснить, что инициатива бывает наказуема.
— Ты в порядке? — устало поинтересовался я.
— В полном, — равнодушно бросил сержант, одёргивая своего коня, потянувшегося к какому-то кустику на обочине, — Пары ссадин слишком мало, чтобы меня убить. У вас как дела?
— Жить будем, — я вымученно улыбнулся, — Правда, мало и хреново, если продолжим с такой регулярностью лезть на рожон.
— Ну, в таком случае в следующий раз не строй из себя героя, — с некоторым ехидством в голосе заметил Бернард, — Так глядишь, может и впрямь проживёшь подольше.
Я молча покачал головой, давая ему понять, что сейчас иначе было нельзя. Ответил он мне молчаливым кивком. И в таком же глухом молчании мы добрались до нашего лагеря. Просто не осталось сил разговаривать. Ни у кого.
— Постарайся отдохнуть, — бросил Бернард, помогая мне спустить бесчувственную Айлин с лошади, остановившейся прямо перед моим шатром, — Понимаю, по хорошему вам обоим надо бы просто отлежаться хотя-бы пару дней.
Он осёкся, заметив, что я едва стою на ногах. Молча кивнул, помог дотащить бесчувственную Айлин до моей старой лежанки. И тут же вышел наружу, напоследок прошуршав пологом шатра.
Я уселся на табурет. Опустил голову. Прикрыл глаза. Шумно выдохнул. Немного помедлил, пытаясь хоть немного прийти в себя. Встал. Зря садился. Стало только хуже.
Движения стали дёрганными.
