– О чем ты вообще говоришь? Какой еще крах?
Он ответил не сразу, лишь склонил голову, нависнув надо мной горбатой тенью. Ноги его были спутаны с моими, и я чувствовала, как он напряжен.
– Никогда не думал, что можно так ревновать к мертвецу, – чуть слышно прошептал он.
– О ком же еще? Так и вижу перед глазами его лицо. Ты говорила, он похож на Джека Рэндалла, так ведь?
Я обхватила его руками, притянула к себе и судорожно зашептала на ухо:
– Как?! Как ты мог вообще такое подумать?
Джейми приподнялся, опираясь на локоть. Мне на грудь упали темные пряди, по которым бегали мерцающие золотые и алые искорки.
– А как иначе? Клэр, ты же слышала ее, слышала, что она сказала.
Джейми сглотнул, и этот звук заглушил треск костра.
– Я постоянно думаю, что он бы такой ошибки не совершил. Он доверял ей, он знал, что она… Наверное, он был лучше меня. Уж она-то, по крайней мере, в этом уверена. И я думаю… вдруг ты тоже так считаешь, саксоночка.
– Идиот, – прошептала я и, проведя руками по спине, обхватила твердые ягодицы.
Он уронил голову и сдавленно фыркнул мне в плечо.
– Согласен. Ты же ничего не имеешь против?
От него пахло дымом и сосновой смолой. Несколько иголок торчало в волосах, одна из них, гладкая и острая, покалывала мне губы.
– Она вовсе не хотела этого говорить, – добавила я.
– Хотела. – Джейми снова сглотнул. – Я же слышал.
– А я слышала вас обоих. – Я погладила ему спину между лопаток, чувствуя застарелые шрамы от кнута и более свежие выпуклые отметины, оставленные медвежьими когтями. – Она такая же, как ты: сгоряча вываливает все, чего никогда бы не сказала на холодную голову. Ты ведь тоже много чего на самом деле не хотел ей говорить?
– Не хотел. – Напряжение понемногу отпускало его. – Совсем не хотел…
Я ждала, ласково поглаживая его – так же, как Брианну давным-давно, когда она была ребенком.
– Ты должен поверить мне… Я ведь люблю вас обоих.
Он глубоко вздохнул.
– Как думаешь… если я верну ей того мужчину, она сможет когда-нибудь меня простить?
– Обязательно. Не сомневаюсь.
Из-за перегородки донеслись тихие стоны и неразборчивое ласковое бормотание на языке, который был понятен без слов.
А вдруг она говорила не о Роджере?..
Это был долгий путь через горы, ставший еще длиннее из-за зимы. Случались дни, когда мы вовсе не могли тронуться с места, и тогда с утра до ночи просто сидели, спрятавшись под скалой или в какой-нибудь рощице, тесно прижимаясь друг к другу, чтобы укрыться от ветра.
Когда самые высокие горы остались позади, ехать стало легче, но здесь, на севере, было гораздо холоднее. Иногда мы ужинали одной лишь солониной, потому что костер не удавалось развести из-за сильного снегопада. Однако каждую ночь я ложилась рядом с Джейми, и под общим меховым одеялом мы делились теплом.