Она распахнула плащ и обхватила руками выпусклость живота. Ребенок шевельнулся, отзываясь на материнскую ласку.
Боннет уставился на живот, затем поднял глаза к ее лицу.
– Не в первый раз шлюха пытается навязать мне свое отродье.
Однако говорил он не злобно, а в настороженных глазах мелькнуло новое, невиданное прежде выражение.
– Думаешь, я шлюха? – Брианне, в общем-то, было все равно, но она сомневалась, что Боннет и впрямь считает ее распутной девкой. – Зачем мне врать? Я уже сказала, мне ничего от тебя не надо.
Она запахнула плащ, пряча живот, и выпрямилась. Напряжение понемногу спадало. Дело сделано.
– Ты скоро умрешь, – сказала она и вдруг поняла, что испытывает к нему жалость. – Может, умирать будет легче, зная, что после тебя что-то останется. А теперь все, я ухожу.
Подхватив фонарь, Брианна повернулась… и с изумлением увидела, что дверь приоткрыта. Не успела она разозлиться – неужели лорд Джон самым бессовестным образом подслушивал?! – как дверь распахнулась полностью.
– Боже, мадам, какая проникновенная речь, – провозгласил сержант Мурчисон и с широченной улыбкой ткнул в нее стволом мушкета. – Вот только боюсь, я не могу вас отпустить.
Она отшатнулась и непроизвольно вскинула фонарь, пытаясь обрушить его на голову сержанта. Тот увернулся, а руку Брианны вдруг сковали железные пальцы.
– Ух ты, почти удалось! А ты шустрая девочка, чуть не прибила старину-сержанта.
Отобрав фонарь, Боннет ее отпустил.
– Так ты не скован… – тупо пробормотала она.
И, осознав, что происходит, рванула к выходу. Мурчисон взмахнул мушкетом, преграждая ей путь, но Брианна успела увидеть темный коридор и распростертое на полу тело.
– Вы убили его… – прошептала она непослушными губами, и из желудка поднялась новая волна тошноты. – Господи боже, вы его убили!
– Кого убили? – Боннет приподнял фонарь, вглядываясь в клубок светлых волос, запачканных кровью. – А это еще кто, черт бы его побрал?
– Лишний свидетель, – огрызнулся Мурчисон. – Давай быстрее! Времени нет. О Ходжепайле я позаботился, и фитили уже подпалил.
Боннет хмуро смотрел на Брианну.
– Я же сказал, нет времени! – Сержант поднял мушкет и проверил запал. – Не переживай, их никто не найдет.
Горько запахло порохом. Сержант повернулся к ней, но в камере было слишком тесно, еще и живот Брианны мешал, так что приклад ружья зацепился в стену.
Раздраженно крякнув, Мурчисон поднял мушкет, собираясь ударить ее по голове.
Брианна вцепилась в ствол, даже не осознав, что делает.
