В темное утро леса, где только что слышно было стук колес, по дороге скакала фигура чёрного коня. Эдит ищет защитников среди своих людей, но внезапно появившийся чужой всадник пугает все воображение. Здесь начинается приключений и опасностей на пути Барана к жемчугу.
– А что это у вас?
– Где? – спросил он с поистине бараньей тупостью.
– Там! – огрызнулась я и потянула край его рубашки вверх. – Ну-ка, покажите.
– Да вы спятили, леди? – он так стыдливо тянул рубашку вниз, что это просто умиляло.
Как будто некоторые не щеголяли совсем недавно голышом, плескаясь в реке.
– У вас рана на ляжке, – сказала я холодно, решив прибегнуть к убеждению словом, потому что силой победить в перетягивании рубашки не могла. – Вы ранены? Рубертуны вас ранили?
– Ваши добрые соседи ни при чём, – проворчал он, отворачиваясь к столу.
Но сейчас мне точно было не до «спатьканья».
– Так вот почему вы так странно шли тогда на лугу, – вспомнила я. – И прихрамывали. Я ведь это сразу заметила.
– Вы наблюдательная, – с издевкой похвалил он меня. – Идите…
– Надо позвать лекаря, – перебила я его. – У вас опухоль.
– Не надо никого звать, – как-то вяло отмахнулся он. – Меня лечил королевский врач, всё уже зажило.
– Королевский врач? – переспросила я.
– Угу, сейчас, – пробормотал он.
– Ой, да вы продемонстрировали мне всё своё богатство ещё на реке, – я толкнула его в плечо, к креслу, и сэр Мюфла шлёпнулся в него, двигаясь как-то странно и неуклюже. – Так что ничего нового я не увижу. Прикройте свои… эти самые, если стесняетесь. А меня интересует только ваша нога.
Я отбросила его руку, когда он попытался сопротивляться, и приподняла рубашку, открывая старый шрам на передней стороне бедра – кривой, похожий на крест.
– Как это вас угораздило? – спросила я, разглядывая опухоль и легко касаясь её кончиками пальцев.
– Поймал арбалетный болт, – угрюмо ответил Мюфла. – Обычное дело на войне. Всё уже прошло…
– Ничего не прошло, – сказала я, прищёлкнув языком. – Рану-то врач залечил, а вот с болезнью не справился. У вас внутреннее воспаление."
"– Вы разбираетесь в ранах? – спросил он таким тоном, что я вогнала бы арбалетный болт ему и в другую ляжку.
На столе, и правда, лежал открытый мешочек с травами. По запаху я угадала мяту и мелиссу. Так себе снадобье. Но ситуация была не та, чтобы соревноваться в язвительности.
– Я немного разбираюсь в лечении, – сказала я хмуро. – И уверена, что припарками тут не поможешь. Нужно вскрыть.
– Вы о чём, леди? – возмутился Мюфла. – Не нужно ничего вскрывать.
