Автор
Джудит Риведуна, узнавшая в нем предводителя мафии, чувствует шок и опасность. Вместе с гневом перед гибелью его сыновей появляется холодное любопытство. Она исследует личность этого мужчину, теперь опасного изгоя, который презирает женщин. Джудит не знает, чем он хочет воспользоваться своим знанием этой теневой стороны жизни Роберта.
— Под карниз! — сказал он, но тут вспомнил о ее ноге и, подхватив ее на руки, побежал к холму, туда, где на костре жарилось мясо, жир которого стекал в шипевший и разбрасывавший искры огонь. Холодный душ никоим образом не способствовал хорошему настроению Гевина. Рассерженный, он подошел к костру. Одна сторона куска сгорела до черноты, другая осталась сырой. Они оба забыли, что мясо нужно все время переворачивать.
— Ты плохая кухарка, — заявил он. Он был недоволен тем, что в такой важный момент их прервали.
Джудит смущенно подняла на него глаза.
— Я шью лучше, чем готовлю. Несколько секунд он смотрел на нее, потом расхохотался.
— Отлично сказано. — Он выглянул из-под укрытия. — Я должен заняться своим жеребцом. Ему не доставит радости стоять под дождем с седлом на спине.
Джудит, которая всегда с любовью ухаживала за животными, повернулась к Гевину.
— И бедное животное все это время так и стояло нерасседланным?
Ему не понравились командные нотки, прозвучавшие в ее голосе.
— А где, позволь узнать, твоя кобыла? Неужели она до такой степени безразлична тебе, что тебя не беспокоит, где она?
— Я… — начала Джудит. Она настолько увлеклась Гевином, что ни разу не вспомнила о лошади.
— Тогда наводи порядок сначала в своем доме, прежде чем приказывать мне.
— Я не приказывала.
— О Господи, а что же еще ты делала? Джудит отвернулась.
— Иди. Твоя лошадь ждет под дождем. Гевин собрался было что-то сказать, но передумал и вышел из-под карниза. Джудит сидела и массировала ногу, не переставая ругать себя. Всем своим поведением она выводит его из терпения. Вдруг она замерла. Какое значение имеет тот факт, что она злит его? Она ненавидит его, не так ли? Он отвратительный, бесчестный человек, и один день ласкового обращения не заставит ее изменить свое отношение к нему. Или заставит?
— Мой господин! — Голоса доносились до нее как бы издалека. — Милорд Гевин! Леди Джудит! — Голоса приближались.
Гевин, еле слышно выругавшись, затянул подпругу, которую только что расслабил. Он совсем забыл о своих людях. Как этой маленькой ведьме удалось так околдовать его, что он ни разу не вспомнил, что их ищут? И теперь они рыщут по округе, промокшие, замерзшие и, без сомнения, голодные. Как бы ему ни хотелось вернуться к Джудит, возможно, провести с ней ночь, его люди — на первом месте.
Ведя за собой лошадь, он перешел ручей и поднялся на холм. Наверняка они уже заметили костер.
— С вами все в порядке, мой господин? — спросил Джон Бассетт, когда они встретились.
