Теплая весна порclyает за кромкой морского берега. Солнце прокалывает яркими лучами через облака, создавая искрящиеся радужные узоры на водной surface. Ножки модели — идеально пропорченные идеальные формы, симметрично переливающиеся на бегущей волнистой подсветке. Каждое движение её тела вызывает поэтическое мерцание зеркального дна, заставляя вглядываться в глубины неизведанности и откровений....
Тебе же ясно дали понять, все, хватит!
— Кто дал понять?
— Не знаю, но дали! Все, приехали, конечная остановка, расходимся по домам! — Серж поднял руки, как будто сдавался в плен.
— По каким домам?
— А это не твой дом?.. Живешь здесь нормально, живи. Бизнес в собственности, так в чем проблема? Занимайся бизнесом, решай проблемы. Цивилизованно решай. Не так, как ты это сегодня. А если эта дура в милицию заявит?
— А с чьих рук милиция кормится? — усмехнулась Яна.
Она сама налила себе, выпила, не приглашая Сержа. Он и без того уже вмазался, пока его догонишь.
— С чьих?.. Роберт ментов прикармливал, а ты всего лишь его дочь. Когда Дика арестовали, много тебе менты помогли? А с Диком что стало? Менты — это палка о двух концах.
— Что-то ты разговорился!
— А душа болит! — Одну руку Серж приложил к груди, а другой наполнил бокал. — За тебя болит!
— А может, за себя? — хмыкнула она.
— И за себя тоже. Ты вот в «Лесу» шороху навела, а если шишки на тебя посыплются, что делать будешь?
— Обратно эти шишки в дупло засуну.
— А по закону это можно? За изнасилование сажают, если ты не знаешь. Возьмут «быков», которых ты наняла, они тебя сдадут, вместе с ними сядешь. Хорошо, если Костицына тебя испугалась, а если нет? Если она уже заявление накатала? Ты же не знаешь, какая она? Может, она до конца стоять готова!
— Не нагоняй тоску!
— Да хрен с ней, с этой дурой!.. Ты подумай, кто братву отстреливает?.. Может, и ты на очереди!
— Я же сказала! — прикрикнула Яна.
— Что, страшно? — Серж взял ее за руку. — Слезай с трамвая, пока не поздно, не жди конечной остановки, вдруг там погост.
— Тебя не поймешь, то дом этот на конечной остановке, то погост. Ты уж определись!
— Вот только не надо! — Серж пьяно погрозил ей пальцем.
— Эка тебя развезло!
— Что у трезвого на уме, то у пьяного, сама понимаешь…
— Что-то ты ничего не боялся, когда Дика взяли. И когда повесился он, не боялся.
— Не повесился он! Повесили его!
— Кто тебе такое сказал? — встрепенулась Яна.
— Знаю!
— Откуда?
— Ниоткуда… — Серж спохватился и прикусил язык, но было уже поздно.
— Ну, хорошо…
Яна вышла из комнаты и вернулась с помповым дробовиком в руках.
— Колись!
— Да это я так, ляпнул, не подумав… — Серж смотрел на нее трезвыми глазами.
Яна передернула затвор и прижала ствол к его промежности.
— Клянусь, выстрелю!
— Э-э, а как я… мы потом!.. — Он взмахнул ладонями на неподвижных, поднятых кверху руках, как будто взлететь собирался.
