Автор
Скромная Ольга мечтает о Париже, но её жизнь в спальном районе полна бытовых забот. Внезапное появление загадочной белоснежной машины и гость с платиновыми волосами выносят её из зоны комфорта. Между мечтами и реальностью разворачивается интрига отношений.
Из головы-вылетело, короче, Палыч либо помер, либо нет.
— Я тоже так думаю, — кивнула я, а Зинка невероятно обрадовалась.
— А я что говорю… Ох, с клубом-то что будет? Вышвырнут всех на улицу, как чертей блохастых.
— Почему чертей? — думая о своем, спросила я.
— Ну, собак… какая разница? Тебе хорошо, ты по-французски можешь, а я только ногами Дрыгать, куда меня еще возьмут? Палыч и тот уволить грозился, дашь за титьки подержаться — добреет, но все равно как на вулкане. А теперь что? Кто меня возьмет? Слушай, а у Равиля в «Стриптизе» места есть?
— Может, туда податься, пока не поздно. Платят неплохо, конечно, задницей-то покрутишь… А ты чего планируешь? — встрепенулась она.
— Подожду, пока с клубом не прояснится. Может, никуда и уходить не придется.
— Тебе хорошо, у тебя муж есть… Слушай, тебя парень спрашивал, красивый такой, ты с ним еще в прошлый раз шампанское распивала…
— Что ему понадобилось?
— Откуда мне знать? Просто спросил, будешь ты сегодня или нет.
— Был здесь, в баре… Пойдешь к нему? А как же Шальнов? Не боишься? Муж-то какой бы ни был, все равно муж. — Зинка еще что-то говорила в том же духе, но я поспешила ее покинуть.
Илья в самом деле сидел в баре. Выглядел он слегка расстроенным, но, увидев меня, заулыбался.
— Привет, Катрин, — прошептал ласково и поцеловал меня в висок, я дернулась, точно от прикосновения ядовитой змеи, а Илья удивился:
— Ты сегодня без жены? — съязвила я.
— Как видишь. — Он пожал плечами и засмеялся, а я в ответ нахмурилась.
— Рядом с ней ты выглядишь менее любезным.
— Послушай. — Теперь он взял меня за руку. — Моя жена замечательная женщина, но, к сожалению, между нами уже давно отсутствует понимание…
— Но развестись ты не можешь, потому что она смертельно больна, — подсказала я, брови Ильи поползли вверх.
— Откуда ты знаешь? — спросил он с искренним удивлением, а я почувствовала себя дурой.
— Вообще-то я съязвила. Она что, действительно больна?
— У нее рак. Правда, она еще об этом не знает. Эмма проходит курс лечения, ей говорят, что у нее язва, надежда есть, по крайней мере, врачи так считают. Сама понимаешь, пока это все как-то не разрешится, я не могу ее волновать.
Что ответить на все это, я не знала и продолжала хлопать глазами. Илья сгреб мою руку, поцеловал ее и сказал с чувством:
— Я о тебе тоже, — кивнула я. — Слушай, в ту ночь, когда мы ночевали у меня, ты куда-нибудь уходил?
— Я не очень понял вопрос. — Он выпустил мою руку и отстранился.
