Автор
Скромная Ольга мечтает о Париже, но её жизнь в спальном районе полна бытовых забот. Внезапное появление загадочной белоснежной машины и гость с платиновыми волосами выносят её из зоны комфорта. Между мечтами и реальностью разворачивается интрига отношений.
Дядька озадаченно уставился на меня, а я на него. Так мы посидели какое-то время. Он вздохнул, почесал нос, но, слава богу, про Мишку больше не спрашивал.
— А ключи Юрий Павлович кому-нибудь доверял?
— И от кабинета, и от ящика своего железного.
— Вот этого я не знаю. Мне он точно их не доверял.
Мы еще немного поболтали, но ничего полезного я для себя из последующего разговора не почерпнула. Тепло простившись с сизоносым, я устремилась к бару и только что ногти от беспокойства не грызла. Ох, неспроста дядька о Мишке спрашивал, значит, нас уже подозревают. Шаль-нов, конечно, свинья и обо мне нисколечко не думает, но в тюрьме ему совсем не место, ничего такого, чтоб в тюрьму садиться, он натворить не успел, а я тем более.
Откуда-то из бокового коридора выпорхнула Зинка, ухватила меня за локоть и, испуганно озираясь, втянула в маленькую прокуренную комнату с единственным креслом, двумя здоровенными жестяными банками из-под томатной пасты, служившими пепельницей.
— Ну, чего мент выспрашивал?
— С кем Палыч ссорился и кому ключи доверял.
— И меня расспрашивал, такой, блин, зануда. А наши знаешь, что говорят: Палыч сам в клуб влез и Гошку того… — С этими словами Зинка торопливо прикурила сигарету, сунула ее мне в рот и прикурила следующую, глубоко затянулась, а я закашлялась. — Во-во, я тоже подавилась, как в первый раз услышала, — вздохнула она, хватив меня со всей дури ладонью по спине.
— А кто говорит-то? — прохрипела я, с огромным облегчением зашвырнув сигарету в банку.
— Вовка-барабанщик. И многие с ним согласны. На кого-то Палыч наехал, да маху дал, ну и на попятный.
— Чего? — выпучила я глаза, не поняв ни слова.
— Ну, может, они и правы. Мертвым-то его никто не видел, и ключики-то везде его, замки
Никто не взламывал. Гошку жалко, хороший парень, хоть и пьяница, его за пьянку из охранной фирмы турнули, забыла, как называется. Он хвастал, раньше с пушкой ходил и вообще, такая крутая фирма, куда там ментам…
— Да подожди ты с фирмой, — перебила я. — Про Палыча-то что говорят?
— А чего про него говорить? Либо кокнули, либо удрал куда. Ему кто только не должен, а народ разный бывает. Пугнул кого, а его в ответ так испугали, что он ноги в руки и до свиданья, мама.
— Почему же ноги в руки… А вдруг вправду убили?
— Очень может быть. У меня соседу в прошлом году по башке трубой двинули, железной, бутылку не поделили с нашим дворником, а были друзья не разлей вода…. Вот… Чего я сказать хотела?..
