— Мы поедем за этим парнем, а настоящий Лось появится через пять минут и…
— Дорогая, ты не могла бы немного помолчать? — спросил Мишка, я обиделась и отвернулась.
Был ли этот парень нужным нам Лосем, или мы все бездарно перепутали, но одно несомненно, он очень торопился. На проспекте мы пристроились в нескольких метрах сзади, а ближе к универмагу, когда он свернул на довольно тихую улочку под названием Лесная, едва его не потеряли, висеть у него на «хвосте» здесь было опасно: движение небольшое, и он мог обратить внимание на нашу машину, Мишка изрядно поотстал, и когда мы свернули на соседнюю улицу, выяснилось, что вишневой «девятки» там нет, Шальнов чертыхнулся и полетел как угорелый, а я примолкла, чтоб не попасть ему под горячую руку.
На перекрестке мелькнула, слава богу, «девятка», и мы с облегчением вздохнули.
— Придется рискнуть, — нахмурился мой спутник, сокращая расстояние между машинами. На счастье, мы вновь выехали на проспект, и надобность в риске отпала. — Он едет куда-то в пригород, — заметил Мишка, я согласно кивнула, хотя знакомство с городом не позволяло мне делать какие-то выводы.
Однако минут через десять и я могла совершенно определенно заявить: мы покинули город — мелькнул указатель «Аэропорт», а на следующем светофоре парень на «девятке» свернул в направлении поселка Первомайский. Не теряя его «девятки» из виду, мы двигались за ним на значительном расстоянии. Поселок остался позади, затем еще два населенных пункта, парень свернул на проселочную дорогу, а мы укрылись возле леса, наблюдая за «девяткой». На холме раскинулась деревушка, домов пятнадцать, не больше, судя по всему, парень направлялся туда, моста через реку, протекавшую за деревушкой, не было видно, следовательно, либо он будет преодолевать ее вброд, либо это конечный пункт его путешествия.
Проехав еще немного вдоль леса, мы укрыли машину среди чахлых елок и далее пошли пешком, до деревни оставалось метров пятьсот, не более. Преодолели мы их за считанные минуты, но на единственную улицу выходить не стали, дабы не привлекать к себе внимание, а пошли огородами, изображая праздных туристов, правда, неизвестно перед кем: ни одной живой души мы до сих пор не встретили.
В прогоне между третьим и четвертым домами я увидела «Опель» и замерла, точно меня кто-то толкнул в бок, пока я соображала, отчего это приключилось, на крыльце дома, ближе к которому стоял этот самый «Опель», появился парень в шортах с совершенно белым лицом и кинулся к своей «девятке», которую бросил под окнами, с трудом развернулся и помчался назад, поднимая облако пыли.
— Что-то произвело на него сильнейшее впечатление, — заметил Мишка и направился к крыльцу.
— Ты куда? — схватила я его за руку.
— Хочу взглянуть, — пожал он плечами.