В мире Бастард императора, минимализм вдохновляет простоту и элегантность. Светлое пространство с натуральным деревом и рельефным дубовым столом центрирует внимание на реальности вокруг. Десять кованных стульев подчеркивают спокойную атмосферу, созданную обработкой в золоте и позолоченными деталями....
Похоже, «Бастард императора» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ну как ему объяснить, почему он готов пожертвовать своим самым сильным соединением. Восьмью тяжелыми крейсерами серии «Верность». Сослаться, что ни для технического обслуживания, ни для ремонта у него практически нет средств и сил? Или объяснить, что боезапаса для крейсеров этой серии, как и расходников, у него на один-два боя. А потом все. Можно идти на таран.
По личному указанию Андрея экипажи крейсеров были укомплектованы исключительно из добровольцев. И теперь эскадра тяжей, полностью готовая, ждала на высокой орбите Физы своего командира и приказа выступать.
Вот так, всего через неделю после событий в системе Кевра восемь великолепных звездолетов ушли в неизвестном направлении под командой командора Саломатина решать судьбы галактики.
* * *"
"– Фиксирую прямо по курсу шесть линейных крейсеров, дистанция предельная, господин командор. – Вахтенный офицер, из нового набора имперских добровольцев, был невозмутимее самого Саломатина. Словно это не на них сейчас выдвигалось охранное соединение линейных крейсеров ККФ, а позади неотрывно висела еще одна эскадра преследователей.
– Очень хорошо. – Андрей хладнокровно наблюдал на виртуальных мониторах ежеминутно меняющуюся диспозицию. Преследующие его соединение звездолеты ККФ осторожничали. Андрей дважды скидывал минные сети, и в одну из них влетел по неосторожности целый линкор. Остатков его группировки спутников-шпионов вполне хватало для получения картинки преследователей. Можно было сказать, что пока все шло по плану.
Оставалось продолжать ждать.
– Десять линейных, господин командор.
– Очень хорошо.
– Двенадцать линейных, господин командор.
– Отлично.
– Пятнадцать линейных, господин командор. Почти вдвое больше нашего.
– Довольно считать, жребий брошен, будь их хоть пятьдесят, я все равно пройду сквозь них. К бою…
Все, кто сейчас находился рядом со своим командиром, отлично понимали, что предстоящее сражение – жестокий эксперимент на тему: как долго сможет продержаться бронированное чудовище под непрерывными атаками тяжелых кораблей, москитного флота и многочисленных ракетных ударов.
Андрей прикрыл глаза. У него оставалось около пяти минут спокойной жизни.
