В ближайшие минуты, прежде чем закатное солнце сменится на звездную черноту, они окажутся в центре беспощадной битвы. В осенней степи скрываются тенистые холмы и жестокий мир бастардов — тех, кто не имеет права быть ни одной расы. Они глядят на бой сквозь прозрачную пелену крови....
– Спросил, откуда она и не боится ли, что ее примут за ненормальную, и бросят в степи.
– И что она ответила? – спросил Такеши.
– Что лучше умереть в степи, чем быть наложницей какого-нибудь мерзкого старика, ни на что не способного как мужчина. Ну я и предложил ей стать наложницей нашего парня. Мол, хозяин молод, силен, а она в серале будет первая, и что, мол, появление второй и третьей будет зависеть только от нее.
– Ты даже тут умудрился сделку заключить, – рассмеялся сотник.
– Нужно одеть ее во что-то более приличное, – оборвал их веселье Ал-Тор, не сводивший с девушки взгляда.
– А кстати, как ее зовут? – вспомнил о самом главном Такеши.
– Ее назвали в честь их богини счастья, Лакш-ми, – ответил старик, – но переодеть ее действительно нужно. Тут неподалеку есть лавки портного и ювелира. Пойдем, посмотрим, что там найдется для нашей красавицы. Паренек прав, не стоит вести ее в замок в таком виде. Да и помыться ей тоже не помешает.
Мужчины дружно кивнули, и вся группа дружно направилась к выходу.
Она уже ощущала себя владелицей огромного удела, в котором будет править так, как ей этого захочется, а молодой граф станет исполнять все ее прихоти только ради ее благосклонности ночью. Судя по всему, этот парень не очень силен в знании женщин и не сможет долго сопротивляться ее чарам.
"Но теперь все ее надежды рушились. Граф купил какую-то девку. Этого графиня не могла снести. Он осмелился выбрать не ее! Не ее, а какую-то смуглую замарашку, даже не понимающую нормальной человеческой речи. От злости она даже забыла, что стоит в рабском загоне с ошейником и на цепи.
– Граф! Вы должны немедленно выкупить меня! Вы не можете оставить меня здесь. Я лучше этой копченой мумии. Ты не имеешь права оставлять меня здесь.
Ее вопли разносились по всему базару. Прохожие начали оглядываться с любопытством, пытаясь понять, до кого хочет докричаться эта рабыня. Наконец, один из прохожих посообразительнее, решил привлечь внимание Ал-Тора к скандальной рабыне. Подойдя поближе, он вежливо поклонился и проговорил:
– Господин, кажется, эта рабыня вас знает и хочет вам что-то сказать.
– Спасибо, почтенный. Но ты ошибся.
